Впрочем, будем честны: красных флагов там и без крыс хватало.

Например, тот факт, что мясокомбинат формально принадлежал компании, закрытой ещё восемь лет назад, но налоги за землю почему-то исправно платились через три разные прокладки, или то, что городские коммунальные службы обходили этот участок стороной, будто его не существовало, или внезапно исчезающие бездомные в радиусе пары кварталов, или полицейские отчёты, в которых каждая вторая жалоба местных жителей на «странные крики по ночам» закрывалась формулировкой «не подтверждено» (думаю теперь понятно почему я не собирался обращаться в полицию).

Короче, если бы я тогда был персонажем дешёвого ужастика, зрители бы уже хором орали в экран: «Не лезь, оно тебя сожрёт!»

Но я, хвала моей паранойе, туда и не ходил.

Лично, во всяком случае.

Я сидел в бронированном фургоне без опознавательных знаков в двух кварталах от комбината, втиснутый между стойками с оборудованием, мониторами и аккуратными рядами аварийных тумблеров. Фургон был арендован и снаружи выглядел как обычная машина кабельщиков, внутри же это был маленький мобильный штаб наблюдения, собранный из всего, что я смог выпросить, купить, украсть и допилить собственными руками.

Три микродрона (тех самых, что я украл у Старк незадолго до этого дела) уже летали по территории комбината, ещё два висели в воздухе на высоте, сливаясь с ночным небом, и транслировали картинку через зашифрованный канал. На экранах передо мной мигали тепловизор, ночное видение, датчик движения, химический анализ воздуха и примитивный детектор электромагнитных аномалий, который я сделал для отслеживания состояния своих энергетических перчаток.

На полу фургона стоял компактный кейс с аварийным набором: пистолет, пара светошумовых гранат, два ультрафиолетовых прожектора на складных креплениях, серебряные пули, в которые я тогда не особо верил, но решил: если уж проверять версию с вампирами, то лучше быть параноиком, чем покойником.

Браслет Шокера тоже был на запястье.

Был и ещё один приятный маленький пункт в моём плане: если мой пульс пропадёт с датчика или фургон потеряет связь с «Базой» дольше чем на две минуты, на серверы Службы Безопасности Хаммеров уйдёт пакет с координатами, записями и моим обращением к отцу.

— База, статус дронов, — тихо приказал я, не отрывая взгляда от экранов.

— Дрон-один: вентиляционный канал западного корпуса. Дрон-два: крыша основного цеха. Дрон-три: внутренняя галерея. Воздушные дроны стабильны. Помехи умеренные, — отозвался сухой синтезированный голос «Базы». — Биологических целей на поверхности: семь. Тепловые сигнатуры нестандартные.