Впрочем, сейчас это тоже ничего не меняло.

Я тот, кто я есть – этого не изменить.

Нужно было сосредоточиться на том, что действительно находилось в пределах моего контроля, а лучший (и привычный для меня) способ отвлечься от экзистенциального дерьма – с головой уйти в науку!

Поиски подходящих магов уже шли полным ходом, лучшие наёмные ищейки рыли носом землю, отрабатывая каждый слух о «чудесах» в Нью-Йорке и за его пределами. Если же этот вариант не выгорит, останется только надеяться, что биология сверхчеловека позволит выиграть для изношенного организма Джастина дополнительное время. Какая тут логика? Довольно простая: проклятие убивает тело, вырабатывая его ресурс? Значит, нужно просто сделать тело бессмертным, наделив его фактором регенерации.

А значит, мне следовало во что бы то ни стало закончить свою сыворотку, название которой я так и не придумал – гибридную формулу, объединяющую в себе наработки сыворотки Ящера, экспериментальной формулы «Оз», сохранившиеся фрагменты ставшей легендарной работы доктора Эрскина и, как вишенка на торте, уникальные свойства яда того самого радиоактивного паука, который в ближайшем будущем должен наделить Петру Паркер её силами.

С сывороткой Ящера дела продвигались лучше всего.

Благодаря помощи её непосредственного создателя, доктора Курта Коннорса – однорукого гения и очень близкого друга отца, с которым у меня сложились на удивление продуктивные и доверительные отношения, работа уже вышла на финальную стадию. Главная проблема заключалась лишь в стабилизации. Формула регенерации на основе ДНК рептилий всё ещё демонстрировала слишком высокую степень мутагенной нестабильности. Грубо говоря: отрастить отцу новые лёгкие и сердце она сможет, но бонусом превратит его в хладнокровную зелёную тварь, в лучшем случае желающую сожрать всех вокруг, а в худшем – превратить всё человечество в таких же уродов.

Благо мой главный подопытный – пушистый белый мышонок Гарри (в честь мальчика, который выжил), сидящий в подземной лаборатории под Hammer Manоr – не вырвался в своё время на свободу в виде гигантского грызуна-убийцы, за что я в очередной раз благодарю свою предусмотрительность и здоровую паранойю. Это дало мне время на синтез антисыворотки, которая успешно вернула его раздувшийся рептилоидный организм в изначальное состояние мыши.

С наследием Эрскина всё было куда сложнее.

Оригинальная формула суперсолдата, чудом доставшаяся мне всё от того же Коннорса (до сих пор не знаю, по каким каналам он её выцепил, но предполагаю, что через Нормана Озборна, который спонсировал учёного, а тот, в свою очередь, напрямую от правительства Соединённых Штатов), оказалась не просто неполной – значительная её часть была самым наглым образом зашифрована неизвестными шифрами полувековой давности, из которых мне удалось вычленить лишь отдельные ключевые элементы.