Приподняв голову, он первым делом продрал глаза в надежде хоть что-то увидеть и только теперь вспомнил — ведь есть же защитные очки, платок, какого черта он раньше их не одел⁈ Защитив зрение и натянув шейный платок на лицо — дышать стало чуть легче. Снова постарался осмотреться, но видимость еще оставалась нулевой. Падение дас химмелна подняло в атмосферу сотни, а может и тысячи тонн сухого, прокаленного на солнце грунта, и теперь его растревоженная желтовато-серая масса не спешила оседать, густо покрывая все вокруг толстым слоем пыли и обнуляя горизонт.

Когда почва понемногу осела и вернулась на свое место, стало возможным что-то увидеть дальше вытянутой руки. Он протер теперь уже очки-консервы, чтобы, наконец, разглядеть упавший дирижабль. Задача оказалась на редкость простой — гигантская туша застыла совсем близко, накрыв одним концом и то место, где он стоял недавно. Так что не среагируй Март так быстро, или забарахли, к примеру, мотор, вполне можно было бы уже попрощаться с жизнью.

Облегченно выдохнув, опять закашлялся. Отряхнувшись и выбив пыль из шапки, достал фляжку с водой и долго, с наслаждением пил. Закрутив винтовую пробку, вытер губы тыльной стороной затянутой перчаткой ладони и уставился на возвышающийся прямо перед ним высоченный, как небоскреб, борт сбитого корабля.

— Обалдеть, какая громадина! Фантастика! Тут же метров сто по миделю до верха! Гора, а не машина! И ведь не взорвался и не сгорел. И даже не так уж сильно разрушен. Даже удивительно. Это кто же так строить научился? А ведь там могут найтись выжившие. Или раненые. Только они ведь не двужильные, пока до них доберусь, истекут кровью или погибнут от шока… Все равно вариантов ноль. Не идти внутрь — просто не обсуждается! Такой шанс бывает раз в жизни, и все.

Помочь летунам — святое дело. Но еще сильнее грела возможность самому посмотреть, пощупать нутро серебристой громады. Это стоило всего золота мира! Его как на аркане тянуло к обломкам, тем более что почти семисотметровая туша не горела, а лишь слегка дымилась. Можно было предположить, что взрываться или иными средствами немедленно гибнуть корабль пока не собирался.

Снова подняв мотоцикл, он попытался завести мотор, но тот не отреагировал.

— Дела… а вот это уже совсем не смешно. Ну чего ты там закапризничал? Давай, родной, ты мне сейчас нужен!

С пятого захода байк, кашлянув пару раз, ровно затарахтел.

— Вот и славно, вот и молодец! Сразу бы так… — бросил по давней привычке взгляд на часы. Без трех минут половина пятого. До заката еще далеко.