— Я тоже так думаю. Кстати, мне тут одна идейка пришла в голову.

— И какая же?

— Ну… — Я замялся. — Грязно у меня там. Вот и подумал, почему бы мне свой класс к уборке не привлечь.

— Учеников — к уборке? — Гоймерыч задумался, затем пожал плечами: — В принципе, как хотите.

— Вот и ладушки. Да, еще насчет того духа…

— Уже насплетничал? — вздохнул завуч, наверное, имея в виду Дорофеича. — Так вот, не берите в голову. Этот дух — так, мелочь, если будет сильно доставать, пришлю кого-нибудь из шаманов. Просто у Дорофеича насчет этого помещения всегда были свои планы, вот он страшилки и рассказывает. Ладно, посидите здесь секундочку, а я пока принесу материальчик, что специально вчера для вас подобрал.

Он скрылся где-то в глубинах своей лаборатории, оставив меня разглядывать стоящие на столе ряды химической посуды. Руки как-то сразу зачесались что-нибудь куда-нибудь насыпать, или на крайняк капнуть, но я решительно подавил в себе данные поползновения. Хотя если в ту реторточку с зеленой жидкостью сыпануть вон того порошочка…

— А вот и я. — Голос завуча быстро вернул меня на грешную землю, заставив загнать поганые мысли в дальний угол моих мозгов.

Гоймерыч со вздохом облегчения опустил на стол предо мной несколько толстенных запыленных книг.

— Вот, — выдохнул старик, вытирая со лба пот.

— Это что? — спросил я, с подозрением глядя на толстенные фолианты.

— Это «Энциклопедия рас», выпущенная, кстати, под редакцией вашего покорного слуги. — Завуч почти ласково похлопал по обложке верхнего тома, вызвав из оного небольшой выброс пыли.

— И зачем мне это?

Я взял одну из книг и взвесил ее на ладони. Прилично. О таких обычно и говорят: «Знание — это сила». Приложишь таким «знанием» по башке — мало не покажется.

— Как это зачем? — между тем возмутился Гоймерыч. — Вы хоть знаете, сколько учеников различных рас учится в нашей академии? А из скольких миров? А ведь у всех есть свои особенности, традиции и табу.

Вот те на, я аж остолбенел. Действительно, как-то об этом я не подумал. Ведь даже у нас таких особенностей хватает — что уж говорить о разных мирах. Так, значит, первое время надо быть поосторожнее, поделикатнее и повнимательнее. Я с благодарностью посмотрел на Гоймерыча. Нет, ну кажется, я уже люблю этого старикана (в дружеском смысле) — умный мужик.

— Ну вижу, наконец вы осознали данную проблему, — покровительственно улыбнулся мне тот. — Так что читайте, вникайте. Кстати, вот вам еще одно чтиво.

Он протянул мне толстую папку в твердом переплете, расписанную причудливым орнаментом.

— Это личные дела учеников вашего класса — думаю, с ними вам нужно ознакомиться в первую очередь. До конца занятий еще часа три, так что время у вас есть. Кстати, я вас ждал пораньше.