— Солнце? — Гоймерыч посмотрел в окно. — Ну, наверное, это потому, что кабинет нашего ректора, по сути, находится в искусственно созданной точке флуктуации, а из нее и не такое увидеть можно.

Ну спасибо — объяснил. Я покосился на Гоймерыча. В конце концов, кто из нас больше Энштеин — я или он? Ну вопрос, конечно, чисто риторический. Однако, видать, все эти мысли настолько четко отобразились у меня на лице, что завуч вздохнул и сказал:

— Да не ломайте вы себе этим голову, дорогой мой Ярослав Сергеевич. По-простому, так из кабинета ректора можно попасть в любой из известных нам миров.

— А, типа портал, — решил блеснуть я своим знанием фэнтезийных реалий.

— Портал? — Гоймерыч возмущенно фыркнул. — Не говорите глупостей, любезнейший. Портал — это прямой прокол пространства между двумя точками. Представляете, сколько энергии требовалось бы для его поддержания?

Я попробовал представить и, вздрогнув еще раз, осмотрел открывающуюся из окна местность. Не найдя рядом строений местной АЭС, я облегченно вздохнул.

— Красиво тут, — перевел я разговор на другую тему, ибо, судя по виду Гоймерыча, тот готовился прочесть мне лекцию о флуктуирующих комнатах, а после этого мне точно покой и санитары понадобятся.

Завуч замолк и тоже уставился в окно, за которым носились знакомые мне золотистые драконы. Увидав красногребневого, я приветливо помахал ему рукой, а тот то ли заметил меня, то ли просто ему блажь в голову ударила, но он неожиданно заложил крутой вираж и, взмыв свечой, выпустил в небо фонтан огня, рассыпавшийся разноцветными искрами.

— Классно! — Я показал дракону большой палец и повернулся к завучу: — Красиво выдал.

— Выдала, — поправил меня тот. — Это — она.

— Она?

— Угу. — Гоймерыч кивнул и, развернувшись, отправился дальше по коридору.

В класс я входил точно в клетку с тиграми. Судя по всему увиденному и услышанному мною за сегодняшний день, ожидать можно чего угодно. А вы сами себе попробуйте представить деток, на досуге балующихся магией. Вот-вот, я о том же: тут обычные детишки с палками, рогатками и обыкновенными детскими шалостями часто вызывают такой геморрой, а уж эти… Воображение рисовало мне то различных монстров с кучей клыков, рогов и прочей дребедени, то ряды очкастых мальчуганов с палочками наперевес, то вообще черт-те что и сбоку вот такенный бантик. Реальность оказалась куда прозаичнее. Обычный класс с рядами парт, правда, установленных лесенкой, как в институтской аудитории. К тому же парты имели необычную подковообразную форму и были рассчитаны на одного ученика. Кстати, оных в классе было не так уж и много — человек пятнадцать. Как позднее оказалось, это было сделано специально, ибо в школе как бы практиковался индивидуальный подход к ученикам, но по мне — это так, для отмазки. Просто чем меньше человек в классе, тем проще с ними управляться, уж я-то это знал, не первый год преподаю. Ладно, о педагогике позднее…