Кажется, вполне подходящий для подобного дела человек мне попался, сразу же что-то понял и не кричит про милицию.

— Думаю, нам такой вопрос лучше обсудить без чужих ушей. Сведения о моем появлении здесь должны сразу же попасть под гриф «совершенно секретно», со всех причастных и свидетелей должна быть взята расписка о неразглашении особо важной государственной тайны, — подробно объясняю я собеседнику.

Такая серьезная заявка, однако и время сейчас непростое для конкретно испуганного народа во всех без исключения ветвях власти.

Мужчина задумался, потом кивнул дежурному и постовому:

— Отойдите от нас на минутку. Товарища обыскали? — спохватился он.

— Обыскал, товарищ Цховребашвили, — доложил милиционер и показал мешок. — Вот его вещи.

— Хорошо. У вас пять минут, Виктор Степанович Автанадзе, — разрешил он мне говорить, еще раз прочитав паспорт.

Дежурный и милиционер отошли, но глаз с нас не спускают ни на секунду.

— Давайте поговорим. Я пришел из нашего с вами будущего. Да, именно из нашего советского будущего. Именно из восемьдесят второго года, когда выдан данный паспорт. Он настоящий, не подделка вражеских контрразведок с какой-то глупой целью. Поэтому я все знаю про прошлое, именно про те года, которые сейчас на дворе. Специально изучал данное время перед тем, как прийти сюда, — неторопливо начинаю я.

— Не верю, — коротко отвечает Владимир Гедеванович.

— Я легко вам докажу. Сегодня какое число?

— Двенадцатое мая. Вы даже не знаете, какой сейчас день? — усмехается, не знаю еще какой по рангу, секретарь.

— Отлично. Двенадцатого мая, то есть именно сегодня Госсекретарь США Корделл Халл отверг предложение Советского Союза о заключении пакта о совместной обороне против Германии.

Мужчина потрясен моими знаниями и словами, однако, именно подобное знание явно не для его уровня, поэтому он не может его оценить.

— Об этом вы или узнаете когда-то, или не должны были узнать никогда, — добавляю я и продолжаю:

— Хорошо, вот еще, четырнадцатого мая Чили выйдет из Лиги Наций. Значения особого такое знание для СССР не имеет, но дает возможность проверить мои слова, — продолжаю я цитировать недавно просмотренные сведения.

— И, самое главное, в июне сорок первого года нацистская Германия вероломно нападет на Советский Союз, — выкладываю я всем козырям козырь. — А зная такое и еще много чего, можно сделать так, что она или не нападет, или война случится гораздо позже. И не с такими тяжелыми последствиями для нашей страны. А они будут очень тяжелыми, товарищ секретарь!

Гедеванович молча смотрит на меня, пытаясь осознать смысл услышанных слов.