Веснушчатый, лопоухий Филатов с завистью глянул на высокого красавца блондина. В этот момент в голове у него вертелись невысказанные слова:
— Хорошо тебе говорить, с тобой любая девка пойдет, а вот, как мне быть.
Вслух он этого конечно не сказал, но Вирке легко расшифровал его красноречивый взгляд и слегка смутился.
— Конечно, пойдем, — вступил в разговор Юрка Виртанен невысокий паренек с длинными пшеничными волосами под Леннона. — Япласт Элвиса Пресли с собой привез, твистяру с шейком там забацаем, пусть деревня позырит. В лагере хорошо, ни комсоргов, ни парторгов нет, всем до лампочки, что мы танцуем. А то в школе директор вечно орет:
— Прекратить танец паралитиков!
В этом утверждении Юрка был полностью прав. В лагере ничего подобного не было. Петр Александрович, коммунист с 1942 года,давно устал от обилия политработы, поэтому слова; политинформация и партсобрание на него действовали, как аллерген. Вследствие этого, в деле воспитания молодежи он больше полагался на личный пример и доброе слово, чем на конспекты Ленинских работ, из-за чего в спортивном лагере, большую часть времени тренировались, а в свободное время занимались спортивными играми и своими ребячьими делами.
Короче, пока не звучала команда отбой в одиннадцать часов, на футбольном поле играли в футбол, на волейбольной площадке в волейбол, а у двух теннисных столов стояла очередь желающих постучать по шарику. Времени на политинформации и рассказы об угнетенных трудящихся за рубежом, не было, от слова совсем. Ну, и на общественно –полезные дела, собственно, тоже.
Исключением в этом расписании являлись танцы в сельском клубе.Тренеры, как и их воспитанники,были совсем не против их посещения.
Беседу мальчишек прервало появление Петра Федоровича. После обеда тот вновь надел свою любимую мастерку, отстиранную им самолично, и высохшую на ветерке. Он быстро провел перекличку и через минуту все дружно побежали по грунтовке в сторону шоссе.
Когда после тренировки Петров спустился на ужин, тов списке висевшем у двери столовой обнаружил себя в дежурных по кухне на завтрашний день.
— Ну, и ладно, хоть сам сварю и поем как следует, -успокоил он себя и отправился есть подгоревшую мамалыгу.
Утром, когда отец пришел его будить, он уже встал и собирался бежать на озеро.
— Молодец!- похвалил отец. — Не ожидал, что ты сам в пять часов проснешься. Давай умывайся и приходи на кухню, чайку попьем, да я девочек разбужу. Печка уже топится.
По быстрому сполоснувшись, Саша зашел на кухню.В печке, занимавшей почти половину помещения, трещали дрова, батя сидел за рабочим столом, обитым оцинкованным железом, и негромко фыркая пил, почти до чифира заваренный чай.