— Ну, и для чего ты это делал ? — укорял он себя по дороге. — Ни себе, как говориться, ни людям. Это дело тебе, друг ситный, еще боком может выйти.
Хотя время был десятый час, улицы уже опустели. Редкие прохожие торопливо шли по своим делам. Глядя на молчаливый город нельзя было подумать, что сегодня самый веселый праздник страны.
— Надо же! Как все меняется ,- подумал Петров, вспоминая заполненные праздничной толпой улицы, сверкающие витрины магазинов и украшенные светящимися огнями елки.
Он прекрасно знал, что сейчас там, за светящимися окнами множество людей встречает Новый год в кругу семьи, знакомых, но вот традиция уличных гуляний еще не появилась.
Дома его никто не встречал. Родители, как обычно ушли к маминой сестре, жившей неподалеку в своем доме. По меркам этого времени он был роскошный, хотя Саша сейчас не видел в нем ничего особенного. Однако в отличие от скромной двухкомнатной квартирыПетровых, это был настоящий дворец в четыре комнаты и кухню, где в праздники могла собраться вся многочисленная родня.
Уже в прихожей пахло смолой и мандаринами. Петров разделся и отправился на кухню, где ему был оставлен праздничный ужин. Ничего не разогревая, он съел все, что было на тарелках и уселся у телевизора.
Однако долго у него не просидел. Большинство шуток и песен, несшихся с экрана, раздражали, ему казалось, что от них несет нафталином.
— М-да, худо дело,- подумал он с унынием. — Это там, в будущем я с удовольствием слушал ретропередачи, и выключал «поющих трусов», а оказалось, что здесь мне их не хватает, как жаль, что они появятся только через тридцать лет. Сейчас бы на Виагру с удовольствием взглянул. Эх! Целая жизнь пройдет, черт побери!
Выключив телевизор, Саша улегся на кровать и в который раз начал думать, как жить дальше.
Однако, долго думать не получилось. Усталость взяла свое, и Петров провалился в глубокий сон без сновидений.
Утром он проснулся от звучавшего в родительской комнате будильника.
— Надо же,- насмешливо подумал Саша . — Проспал новогоднюю ночь, когда такое было!
За дверями послышались тихие голоса.
— А чего я, собственно, лежу? — сообразил он. — Батя на тренировку собирается, а я разлегся, понимаешь. Привык, что после Нового года десять дней можно дурака валять. Здесь вам не тут. Встретили праздник и пожалте на работу.
Вскочив с кровати, Саша включил свет и начал одеваться. Выйдя в коридор, он обнаружил, что родители пьют чай с остатками торта. На стол были выставлены все не доеденные разносолы.
— Чего вскочил? — сердито спросила мама. — Спал бы еще, каникулы начались.