— Мы с тобой сегодня вместе были в квартире у этого погибшего парня! Ты видел его сестру? Она до сих пор не верит, что все произошедшее реально! А каково его матери, которая вынуждена хоронить собственного ребёнка?!? Ты что, считаешь это нормальным? И вместо того, чтобы найти ублюдков, сотворивших такое злодеяние, ты сейчас сидишь и на полном серьёзе втираешь мне, что мы работаем не по инструкции, что Веденеев будет ругаться… А в угол тебя он не поставит? Или наш начальник отдела совсем неадекватный, и раскрытые преступления его не интересуют?

Каждое слово Сечкина буквально вдавливали меня в пассажирское сиденье и лишало остатков воли. Всего минуту назад в моей голове роились десятки аргументов в защиту своей позиции и множество примеров того, почему правила, инструкции и законы необходимо выполнять, но Рома давил на меня своей энергетикой, сопротивляться которой не было никакой возможности.

— Ты всё перевернул, — сделал я ещё одну робкую попытку оправдаться. — Конечно же, я тоже очень хочу найти убийц этого парня. Мне тоже жалко его близких! Но есть правила, нарушение которых чревато для меня неприятностями. И называть меня гнилым просто из-за того, что я играю по этим правилам, это, как минимум, неправильно!

— Вот же ты нудный, — в очередной раз повысил голос Сечкин. — Ну хорошо, допустим есть правила. И что? Кому стало хуже от того, что мне набили морду? Результат получен? Да! Какой-то закон мы нарушили? Нет! Какие ещё могут быть вопросы?

— Ты не расследовал преступление, а просто напросто провоцировал подозреваемого, — нащупав более-менее твёрдую почву в словесном болоте, я почувствовал себя увереннее. — А что было бы, если представить, что ты всё-таки совершил ошибку? А если бы ты проиграл схватку? А если бы Юрий просто убил тебя? А если бы… Да можно придумать миллион всяких разных если! В конце концов, чтобы ты делал, если он действительно виноват? Рассказывал в суде, как что-то почувствовал в тот момент, когда тебе нос расквасили?

Вот теперь Сечкин мигать перестал. Его взгляд потяжелел, и я не понимал, какие именно мысли бродят сейчас в его голове. Но однозначно было понятно, что мои слова его зацепили и заставили посмотреть на мир немножко в другом ракурсе.

— Законы существуют для того, чтобы в мире не было анархии, — решил развивать я успех, пока момент для этого был наиболее благоприятным. — Тот стиль жизни, который ты пытаешь проповедовать, ведёт лишь к ещё большему количеству зла и преступлений. Нельзя рубить с плеча, не разобравшись в ситуации, потому что потом уже ничего нельзя будет исправить.