Фильтр?

Ничего себе достижения науки и техники. Об экологии, значит, позаботились. А о людях что-то не очень!

С этой мыслью я отвернулась от раскинувшейся в водной пыли радуги и толкнула дверь в прачечную.

В лицо ударила ядреная смесь щелочи, уксуса и лаванды.

Не самое привычное сочетание.

Проморгавшись, я с нарастающим удивлением оглядела очистительный цех. Да-да, самый настоящий, с несколькими чанами, от которых исходил пар.

Надо же, почти цивилизация! Из воспоминаний Ронни стирка воспринималась как наказание ледяной водой, а тут вроде и ничего, жить можно.

Вокруг котлов суетились женщины в таких же серых униформенных халатах, как у меня, только сверху их еще защищала накидка без рукавов, эдакий длинный жилет, перехваченный поясом. Вооружившись палками, работницы ворочали пласты тканей, перемешивая их словно гигантский суп.

Таким образом, скорее всего, приводили в порядок одежду учеников и слуг, а также белье.

В дальнем конце просторного, хоть и низковатого помещения я увидела более привычную картину. Две дамы постарше, видно опытные, аккуратно, по горсточке, промывали тончайший темно-зеленый шелк с золотистым узором. Стирали они не в ручье, а под тонкой струйкой текущей из желобка воды. Кимоно разложили на ребристой поверхности, напоминавшей деревенский забор — с частоколом прутьев и равномерными прорехами между ними.

У бабушки была похожая стиральная доска, только куда меньше размером.

Пол оказался бетонным. Или каменным, но без щелей и трещин. Не знаю, как этого добились строители, однако жидкость стекала сама, собираясь упорядоченными струйками, и исчезала в трубе, ведущей наружу.

Фактически канализация!

Меня снова неприятно поразил контраст. Вроде бы артефакты есть, вот они. Можно было бы облегчить тяжелый ежедневный труд работниц, если бы кто-то соизволил подумать в этом направлении. Но нет — ручками, все ручками, и сдохните от переутомления. Зато в теплой воде!

— Новенькая? — подняла голову одна из женщин, занятых шелком.

— Да, госпожа. Ронни Яо, — автоматически присела я в приветствии.

Руки на бедре, голову склонить, взгляд в пол. Удобно, тело само помнит. Я бы ни за что не сообразила и снова огребла — на этот раз за непочтительность.

— Зови меня тетушка Жейн, — улыбнулась моя новая начальница. — Меня так все зовут. Присоединяйся, учись ворочать ткань. Не видела такого никогда, поди?

— Нет! — честно ответила я и неуверенно взялась за палку.

Учитывая, что меня шатало как былинку, хватит ли мне сил?

Крепкие девушки, занимавшиеся одним из чанов, расступились, освобождая место.