— Да ничего не принесёт. — Стражник повторил мой шаг, навис надо мной. — До развалин и Медведеобезьян ещё добрых два дня пути, а от Гнилых Лосей мы ушли.
— Ну и отлично. Значит, твой товарищ успеет выздороветь. — Я криво улыбнулся. — Мог бы и сам подлечить его техникой, раз не безрукий.
Стражник нахмурился:
— Я не успеваю учить и техники для боя, и для лечения. Жизнь коротка, нельзя успевать везде. Но ты не юли. Для чего тебя взяли в лес?
Раненый хмыкнул:
— Да пропусти ты его. Тут и впрямь ерунда, ты зря беспокоишься.
Стражник покосился на лежащего, отступил на шаг в сторону:
— Брат Эрой всегда помогал.
Я снова пожал плечами и хмыкнул:
— Ну да, ну да. Только вы не сумели помочь брату Эрою. Бойцы…
Про себя добавил, что если бы Эрой, прошлый лекарь, остался жив, то я бы уже, наверное, освободился и сбежал из поместья. Отличный случай — большую часть охраны поместья и Врат Аймар забрал с собой, сейчас самое время было бы тихо и незаметно уйти в ночь. Пусть гадали бы, куда мы все делись. Жаль, что он погиб, и я теперь в лесу вместо него. А ведь можно было бы забрать с собой и учителя Фимрама. Что он ответил бы на предложение снять с него Указы и контракты?
— Быстрее, быстрее, безногие отродья!
Орали не мне. Я даже сейчас, спустя два дня гонки через лес, не ощущал усталости. Во-первых, потому, что орали на Закалок, которые и задавали скорость бега. Без техник передвижения именно они сейчас сдерживали отряд. У меня тоже не было таких разрешённых техник, но, слава Небу, я не «догадался» ограничить своё Возвышение или выносливость перед проходом через врата Ясеня. У меня на спине не было мешка, с которым нас, учеников Школы, заставлял бегать учитель Шамор, но сохранилась вся выносливость, которую я получил на этих тренировках. Сейчас она пришлась как никогда к месту.
Впрочем, будь даже на мне мешок с отягощением или даже ограничь я себя этапом Закалки, то всё равно бежал бы впереди всех остальных Закалок. Потому что было ещё во-вторых: плещущаяся в крови алхимия. С момента стычки с Рейном из семьи Тамим и преследовавшим его Гнилым Лосем ночёвок больше не было, но уж запнуться в темноте я мог всегда. Запнуться и коснуться спрятанного кисета, потихоньку перемещая фиалы из него в тот, что висел у всех на виду. Сейчас точно никто бы не стал проверять, что у меня там есть. Поэтому ближе к утру я всегда выпивал три фиала: Огонь Жизни, Сердце Тигра и Пурпурные Духовные Слёзы, пытаясь справиться со своей травмой.
— Встал, встал быстрее!
Я сморщился от нового вопля. Стражник, замерший прямо на моём пути, орал так, что у бедолаги Закалки вот-вот из ушей кровь пойдёт. Но сейчас совсем не время таиться. Не тогда, когда отряд ломится через заросли, пытаясь вырваться с территории стаи Медвежьих Обезьян. Не знаю, как рассчитывал расстояние до них тот стражник с деревом на доспехе, который заступал мне дорогу в ночь после схватки с Лосем. Он сильно ошибся, за нас взялись уже утром.