Здесь я не выдержал:
— А какой ранг у брата Пиня?
Мне это и впрямь было интересно. А стражник и не думал скрывать, с гордостью, словно хвалясь своими достижениями, сообщил, заставив меня удивиться:
— Десятая звезда. И ему всего двадцать шесть. — Стражник осёкся, откашлялся. — Прости, собрат. Брат Пинь сказал, что ты тоже десятая звезда. Но он… ты…
Его товарищ не стал стесняться:
— Да чего ты? Брат Пинь получил три возвышалки и его Возвышение чистое и справедливое. А этот, говорят, где-то выпил всю лавку алхимии. Небо видит, кто идёт к нему верной дорогой, а кто пытается юлить и обманывать. Ты видел, как господин спасал его от рыка?
Мне было смешно. Особенно видя, как стражник, которого нужно было лечить, дёргает за руку говорливого. Но тот и не думал замолкать:
— Да и вообще, я слышал, что в поместье появилось много новых долговых слуг. Говорят, ты тоже бегал в одежде долговых. — Стражник скривился. — Потому тебя, верно, и кинули в долговые, что все свои зелья ты украл.
— Брат! — Второй стражник перестал бесполезно дёргать одежду и без особых затей пнул товарища, заткнув его наконец. Повернул голову ко мне: — Собрат лекарь, не слушай разные глупые слухи. Мы бываем в Ясене всего несколько дней в месяц, и чему только не поверишь, когда соскучился по вину и беседе.
— Ну да, ну да, — покивал я и склонился к ране.
Думал, обойдётся, но не повезло. Теперь, с освещением, я ясно видел на багровой плоти красные нити. Спросил для порядка:
— Так как полностью назывался тот Леопард?
— Красноглазый.
— М-м-м… — Название Зверя мне ничуть не помогло, и теперь я спросил именно то, что и нужно было спросить сразу: — Огонь?
Стражник кивнул:
— Ну да.
Я вытащил из кисета стихиальное зелье Воды. Возвышение Воина не очень высокое, стихией он управлять не может. Простой случай, а значит, капель пять-шесть на такую рану хватит. Здесь главное не переусердствовать. Выпрямившись, напомнил:
— Утром, до того, как выйдем, подойди, я гляну ещё раз, как идёт дело.
Стражник с недоумением спросил:
— И всё?
Я кивнул:
— Всё. До утра.
— Эй, погоди, собрат! — Путь мне заступил второй стражник, внезапно вспомнивший о вежливости. — Мы успели походить с Эроем. Сними боль, удали яд из тела полностью, подлечи техниками следы от раны, чтобы мой собрат не тратил на это выносливость тела, а рана через тысячу вздохов уже закрылась. Стихиальным зельем мы и сами могли капнуть, не безрукие, чего б тебя звали?
Я пожал плечами:
— Я же не Эрой.
— Господин Аймар говорил нам перед выходом, что ты ничуть не хуже Эроя.
— Мне нужно беречь силы, а рана твоего собрата не столь и велика. — Я шагнул в сторону. — Кто знает, что принесёт нам ночь.