— Зелье разделишь на три глотка. Один сейчас, остальные ночью. К утру будешь как новенький.
Закалка попытался ухватить меня за руку:
— Но погоди, старший…
Я без труда освободился из его хватки:
— Отдыхай!
Не слушая, что он там мне говорит в спину, пошёл обратно к своему дереву, оглядываясь по сторонам. Почти обычная суета. Разве что сегодня наш лагерь меньше размерами, все жмутся друг к другу, и никто пока что не спешит раздавать еду. И ладно. Я и не собираюсь ничего есть, ещё не хватало рисковать в такой малости, после того как плевался кровью. Не обессилю.
Уже когда мне оставалось десяток шагов до своего дерева, меня снова окликнули:
— Лекарь! Как тебя там?.. Леград, подойди.
Я скрипнул зубами. Всем что, приспичило именно сегодня? Чтоб вас…
На этот раз звал лесовик Аймара. С изображением дерева на доспехах и из тех, кто никогда не появлялся в поместье, а все свои четыре-пять дней отдыха от леса проводил в городе с вином и женщинами. Стражник цыкнул, сообщил мне то, что я и сам уже видел:
— Шустрый Леопард попался. И наглый. Другой бы сбежал, а этот решил, что я должен убраться с его дороги.
Я выслушал молча. Меня больше интересовало, какого Возвышения был Зверь, раз сумел рассечь стальной наруч, да ещё и оставить после себя подарок в виде духовного яда. Или стихийного?
Я склонился ближе к ране. На предплечье стражника багровели три следа от когтей, вспоровших мясо на палец вглубь. До этого момента, шагая по лагерю в наступающей темноте, я был уверен, что хотя бы моё ночное зрение при мне, ведь видел я по-прежнему отлично. Сейчас же, вглядываясь в рану, я уже в этом сомневался. «Обветренные» края вижу, тонкую, чуть блестящую полоску в глубине ран, где начала расти плоть, тоже вижу. А вот цвет разбираю с трудом, всё тёмно-багровое и только.
Спросил:
— Есть чем подсветить?
Сидящий чуть в стороне стражник, тоже с деревом на груди, молча полез в небольшой мешок, что лежал у него под боком. Через несколько мгновений оттуда появилась чёрная коробочка, формой напоминающая половину ореха. Стражник зажал её в ладони так, что наружу торчала плоская сторона, основание. Лёгкое движение — он словно крутнул коробочку, и из неё вырвалось сияние. Несильное, чуть желтоватого оттенка, но достаточное, чтобы осветить не только рану, но и всю руку. Заметив мой взгляд, стражник сказал:
— Не видал такого? Такое же ядро, что идёт на Светочи. Только обработано по-другому.
Я молча кивнул и склонился к ране его товарища. Тот не стал дожидаться вопросов и пояснил:
— Та тварь уже коснулась стихии. Несправедливо, правда, лекарь Леград? Четвёртая звезда и стихии уже Зверям покоряются. Даже брат Пинь не может похвастаться таким.