На весь обоз приходилось тридцать с небольшим солдат, и только пятеро из них были лучниками. Двое оказались рядом со мной. Это было удачное стечение обстоятельств. Грех было таким не воспользоваться.
При этом северяне не стояли на месте и уже подошли на расстояние нескольких шагов. Они подбадривали себя криками, но не спешили атаковать. У задней телеги нас собралось двенадцать человек. Это была достаточно внушительная сила. Отступать мы не собирались. А это значило, что среди напавших снова будут потери. Никто не хотел первым оказаться у своих богов раньше времени.
— Ты зачем ему сказал, что Фирм погиб? — спросил у Марона Силан.
— Погиб, сбежал, какая разница? Хрен ты его сейчас догонишь, — ответил тот. — Верон, а с нашей стороны всё, людей больше нету.
Силан стоял рядом со мной, прикрывая одного из лучников. Справа был солдат, который держал с нами строй ещё до того, как Марон привёл стрелков. Сам Марон находился дальше по ряду и закрывал щитом второго лучника. По обе стороны от нас сомкнули щиты остальные бойцы. Оба стрелка натягивали луки у нас за спинами.
— Бей! — крикнул я.
Бойцы на миг отвели щиты в стороны, и лучники выпустили стрелы по склону. Обе прошли мимо, зато уроды испугались и поспешили укрыться за деревьями. Неизвестно, надолго ли, но медлить было нельзя.
— У кого есть дротики, бросай! Сходимся! — тут же скомандовал я.
Один из легионеров метнул дротик поверх наших щитов и попал северянину прямо в щит. Тот остановился, отстав от остальных. Лучники остались у телеги с раненым Виром и продолжали стрелять поверх наших голов по северянам на склоне, а Марон с Силаном снова сомкнули щиты с остальными, и мы в том же порядке двинулись навстречу врагу.
— Девятый, в бой! — заорал я.
— Девятый, в бой! — подхватили рядом знакомый клич легиона.
Северяне выставили копья, не подпуская нас ближе. Стой мы на месте, они бы искололи нас, прежде чем мы добрались бы до них с мечами. Зато наша атака сбила их запал, и северяне уже не выглядели такими уверенными.
Кольчуги я разглядел лишь у нескольких. Остальные больше походили на мужиков из окрестных деревень. Если северяне подняли против нас ещё и их, одним набегом дело могло не кончиться. Это было плохо, но сейчас важным было другое, я рассчитывал, что в тесной схватке они нам уступят.
— Дави! — заорал я. — Ближе к ним!
Копьё глухо скользнуло по моему щиту. Я сразу навалился на северянина, не давая ему отвести оружия для второго удара, зажал древко между его щитом и своим и сунул меч снизу в бедро. Тот закричал и согнулся от боли. Ударом щита я свалил его на товарища, стоявшего позади.