Второе ядро прошло ровно там, где только что находилась моя раненая грудная клетка.

Третье – вообще снесло бы мне половину головы.

— Да вы издеваетесь... — пробормотал я, уходя низким перекатом от следующего залпа из арбалетов.

Издеваются!

Волки снова начали наводить на меня пушки, но теперь я ждать не стал. Я решил рискнуть и сблизиться – в глухой обороне мне этот бой всё равно никак не выиграть.

Арбалетчики занимали крыши, мечники с щитами перекрывали отходы, а сверху на своём, признаюсь, действительно пафосном троне сидел этот урод и смотрел на меня с нескрываемым превосходством. Это невероятно бесило! Складывалось ощущение, будто я просто забавная мышь в лабиринтах его кошачьего разума… Ну и метафоры у меня пошли, впору литератором заделаться.

Понимание того, что пока вся армия Шэня собралась здесь, Цин Лянь, Журавль и Лин-Лин уже стопроцентно выводят других мастеров из темницы, не сильно помогало, скорее наоборот – из-за того, что павлин резко забыл о взрыве на нижних уровнях, побеге заключённых и прочих важных вещах, складывалось чёткое ощущение, что я реально сражаюсь с зацикленным на мне дебилом.

— Может, хоть сам спустишься и сразишься со мной?! — крикнул я, уворачиваясь от очередного болта.

Я понимал, что сейчас время играет против меня, но я верил в своих друзей. Верю в дракошу, в Лин-Лин, в Шифу и даже в По, который точно не мог умереть – не после его эпических превозмоганий на моих садистских дружеских тренировках! А значит, если выиграть ещё немного времени, они точно припрутся мне на помощь!

— Я правитель, а не воин, — спокойно, с нескрываемой брезгливостью заявил этот… этот… павлин!

— Ссыкло ты пернатое, а не правитель!

Резко сорвавшись с места, я на четвереньках бросился прямо в гущу вражеского строя. Единственный шанс выжить и победить – навязать им ближний бой. Смешаться с рядами противника, чтобы их же собственные стрелки и пушкари боялись задеть своих и перестали вести огонь.

Первая линия волков, увидев моё приближение, спешно сомкнула щиты и выставила длинные копья, образуя ощетинившуюся сталью стену. Я вложил всю доступную физическую силу в прыжок и ударил обеими ногами вперёд, рассчитывая разметать их как кегли и прорваться в центр строя.

БДЫЩ!

Столкновение отдалось тупой болью во всём теле, а звук был настолько громкий, что его можно было сравнить с недавно отзвучавшими выстрелами из пушки, но… строй не рухнул.

Волки, конечно, пошатнулись, их щиты потрескались, но они устояли, отбросив меня назад! Один из солдат тут же сделал резкий выпад, и холодное остриё копья скользнуло по моему бедру, оставив неглубокую, но противно саднящую рану.