— Лорд Хольм, с вами все нормально?

Я с тревогой посмотрела на Лукаса.

— Волнуетесь за меня? — хмыкнул тот, и я почувствовала, как потяжелело его дыхание. — Не стоит. Я в порядке.

Он попытался улыбнуться, но вместо этого вышла лишь кривая усмешка, и я заметила удлинившиеся клыки.

— И все-таки с вами что-то не так, — пробормотала я, разглядывая разом осунувшееся лицо Хольма.

— Проклятье! — хрипло выругался оборотень и посмотрел в окно, где ярко светила полная луна. — Только этого не хватало.

Он, пошатываясь, отошел к туалетному столику и уставился на собственное отражение.

— Леди Изабелла, скажите честно, вы его видели? — хрипло спросил Хольм.

— Кого?

Я поправила волосы, а Лукас часто задышал и почти простонал: — «Не шевелитесь!»

— Да что с вами такое?

Я смотрела на Хольма, видела написанную на его лице борьбу, и не знала, что сделать и как помочь. А сердце почему-то билось так сильно, словно пыталось пробить грудную клетку и вырваться наружу.

— Луна, — сипло пробормотал Хольм. — Из-за нее. Просто стойте на месте и ничего не бойтесь, я не причиню вам вреда.

Он уперся в деревянную поверхность, и я увидела, как на его руках появляются когти.

— Так он был там? — снова спросил Лукас.

— Кто?

— Волк. Он появился среди духов?

Хольм встретился со мной взглядом в отражении, и я увидела в его глазах боль и надежду.

— Нет.

Как бы мне хотелось сказать, что среди незавершенных артенидов был и тот, что он ищет! Но волков среди вереницы призраков точно не было.

Я собиралась добавить, что не стоит отчаиваться и что мы обязательно найдем нужную фигурку, но в этот момент Лукас глухо рыкнул, выгнулся, и уже спустя минуту передо мной стоял не мужчина, а красавец-волк. Крупный, гораздо больше обычных волков, его густая черная шерсть отливала синевой, на хищной морде застыло настороженное выражение.

Сердце забилось еще чаще, но страха не было. Я смотрела в горящие глаза и видела в них то же, что светилось обычно во взгляде Лукаса — ум, силу, решительность, власть и что-то, что невозможно было передать словами, но что составляло саму сущность Хольма.

Зверь настороженно принюхался, неслышно приблизился ко мне, а потом неожиданно ткнулся носом в грудь и закрыл глаза.

— Эй, ты чего?

Мне показалось глупо выкать оборотню.

Волк не отреагировал. Он просто стоял и не шевелился. Прошла минута, другая. Зверь так и не сдвинулся с места. Я осторожно опустила руку на его холку и погладила густую шерсть. В душе шевельнулось странное чувство узнавания. Казалось, все это уже было много-много лет назад — и стоящий передо мной волк, и луна, оставляющая на полу серебряные лужи, и жесткая шерсть под моими пальцами, и то сказочное и сладкое, что закручивалось в душе, заставляя забыть о современном мире и погрузиться в старые легенды.