— Звонит Денис Сотников. Личность проверена.
— Кхе. Ну, вообще-то тут больше некому звонить, — я нажал на «принять».
— Мужики, — голос был спокоен, значит ничего не случилось. — Как там у вас?
— Заряжаем самолет. Обычная станция зарядила бы за полтора часа. Мы заряжаем уже три с половиной и осталось столько же.
— Будем пробовать утром отправлять его?
— Если погода позволит, то да.
— Во сколько? Мы тоже хотели бы посмотреть на взлёт.
— Ну, ориентируйтесь на половину шестого. Приходите, туда-сюда. В шесть примерно будем взлетать. Если погода даст. Клим сказал, что рассвет в половину девятого. В это время начнётся зарядка от солнца, когда просядет аккумулятор. Короче какое-то время он пролетит, посмотрим, что покажет.
— Мы придём. Сказал бы что с первыми лучами солнца, но реально придём раньше. Когда ещё такое увидишь?
— Не надо слишком сильных надежд возлагать. Клим считает, что с вероятностью в шестьдесят один процент беспилотник рухнет сразу после взлёта или вообще не сможет взлететь. Меньше рассчитываешь, меньше разочарование.
— Бывает, что хватает одного процента. Ладно, мы на боковую.
Мы с Иванычем проговорили до утра. Несколько раз настраивались на радио. Сейчас каналов было два, оба — Надежда FM, только на разных волнах. Старая станция продолжала работать в автономном режиме. Последние звуки выключенной цивилизации.
В три часа перестали заряжать, но в пять снова чуточку зарядили. Вышли и стали обрабатывать беспилотник антиобледенительным составом из канистр, которые были взяты из принадлежностей беспилотника. Называлась она «Жидкость типа III». Мы просто взяли тряпки и промазали самолёт этой штукой. Она стекала, но, я надеюсь, помогла.
Возле шатра была установлена радиостанция на базе КАМАЗ, она нужна Климентию для связи. Рядом выставлена мачта, это часть оборудования. На мачту надета тряпка и сейчас она болталась.
— Ну что, Иваныч, вроде ветра нет.
— Тогда, сейчас покурим, выкатим и будем пробовать?
'Жизнь у моря — это самое лучшее,
слышать его шум день и ночь, вдыхать его запах,
гулять вдоль берега и смотреть за горизонт,
где скругляется земля'
Д. Мойес
— Взлетел, — обрадованно выдохнул Кипп и несколько раз чему-то кивнув, неожиданно ушёл.
Мы не стали спрашивать, куда это он, не считает ли он, что шоу на этом закончилось? Мало ли куда ему надо с утра пораньше сбегать.
Сами остались смотреть картинки на экране. Большую часть занимало изображение с фронтальной камеры, по бокам «картинка в картинке», данные с остальных камер. Впрочем, это были просто иные ракурсы и направления съёмки.