Напротив торцевых ворот валялась металлическая конструкция. Собственно, некогда это была прицепная двухосная телега, кузов от неё. Свинтили нижнюю часть — колесную группу, а верхнюю за каким-то хреном таскали волоком, как гигантские сани. Грузили комбикормом и силосом, работали неаккуратно, окаменелый силос застрял во вмятинах и повреждениях слегка ржавого листового железа.

Встал внутрь. Хм. Интересно. Длина чуть меньше шести, ширина два с небольшим. Была. Так-то его «растянуло» на больший габарит.

Напрягся, приподнял. Нижний край — уродливые самодельные ржавые сани с рамными трубами в качестве направляющих. Безбожная эксплуатация выровняла днище самым жестоким образом. Изуродовано. Можно сказать — восстановлению не подлежит. Но! Во-первых, оно плоское, во-вторых, ещё довольно прочное. Несмотря ни на что.

Два грубо наваренных крюка чтобы «тащить».

Эта, бессмысленная, на первый взгляд вещь, сложила у меня в голове одну картинку. Вообще не факт, что получится, но попробовать стоит.

Парней пока будить не буду, разведу костёр, погрею кашу и кофе.

— Считаешь, может получится? — зевнул во весь рот Денис.

— Давайте попробуем.

— А зона поисков?

— Есть. Это даже не зона поисков. До начальной точки сорок шесть километров с небольшим. В отличие от поиска пулемёта, там всё просто. Река, на неё продолговатое пятно на карте. Скорей всего это баржа. Туда и двигаем. Если ошибся, проедем по руслу реки, найдём. Первоначально хотел только рацию снять. Может, инструмент какой. Надеюсь, что всё цело и никто не ограбил. Вы кушайте, просыпайтесь, поедем кататься. Это условно говоря, по пути домой.

В одиннадцать утра, волоча за собой раскатанный в лопух колхозно-индустриальный вариант волокуш, в свете скупых солнечных лучей между помпезно белых туч, взобрались на пригорок. Внизу солидно раскинулась баржа. Старая знакомая.

Клаас был на месте, только выглядел каким-то мёртво. Покрытый наледью, пылью, копотью, как будто живая беспокойная душа покинула его. Не подал вида, но моё сердце дрогнуло.

Мой друг Вова однажды сказал, сколько бы у тебя не было машин, ты всегда будешь по-особенному относится к своему первому авто, пусть оно и не лучше всех.

Короче, с тракторами в условиях ледникового периода это тоже работает. К Джонни я не испытывал особенного пиетета. Это просто рабочая лошадка, не более того. Хотя до катаклизма стоил, наверное, «лимонов» тридцать-сорок.

Изувеченный клаас, весь погрызенный, щербатый, лишенный передней колесной пары, не оставлял равнодушным. Мы аккуратно затащили на плоскость волокуши, предварительно оперев её в ребро конструкции баржи. Денис травил, мы с Кабыром, при помощи ломов чуть приподнимали правый искалеченный край, чтобы он не пахал лёд, а вошёл на металл волокуш.