— Раздевайтесь, господа, — нежно проворковала хозяйка недвижимости и удалилась.

— Что, совсем? — шепнул я отставному ротмистру, вызвав у того приступ смеха.

Пальто и шапки отправились на вешалку, а вот с обувью возникла заминка. Оставаться в бурках несколько неприлично, а разуться и того хуже. С носками, в особенности с целыми, у вашего покорного слуги напряженка. По зимнему времени спасают портянки, но…

— Вон домашние туфли, — правильно понял моё замешательство коллега.

— Неугодно ли чаю? — возникла на пороге успевшая приодеться ради такого случая хозяйка.

Выглядела она, конечно, отпадно! Помните актрису Наталью Крачковскую? Вот примерно так, разве что чуть моложе. Склонная к полноте брюнетка с модной короткой стрижкой «боб-гарсон». Добавьте к этому яркий макияж, платье с короткими рукавами из красного шелка и совершеннейший хит сезона — фильдеперсовые чулки! И, разумеется, главное украшение — непоколебимая уверенность в собственной неотразимости!

— Гхм, — едва не поперхнулся я, поглубже втискивая босые ноги в меховые тапочки.

— Отмечать знакомство чаем⁈ — пришел мне на выручку Владимир Порфирьевич. — Вы, как хотите, а по мне это совершеннейший моветон!

— И правда, чего это я. Давайте выпьем и закусим, чем бог послал.

После этих слов, на столе мгновенно возник штоф с рябиновой настойкой, полное блюдо холодной телятины, маринованные грибы, солёные огурчики и мелко порезанное копчёное сало.

— Я смотрю, Господь не поскупился.

— Это точно, — расплылся в улыбке лейб-гусар и наполнил рюмки.

«Рябиновая» оказалась недурна, закуска ещё лучше, так что скоро мы почувствовали себя очень близкими друзьями. В том смысле, что Любочка пожирала меня глазами, я же старательно делал вид, что в упор этого не замечаю, а родственница и её бойфренд, только посмеивались.

— Мосье Северный, что же вы совсем не пьете? Вам не нравится?

— Что вы, мадам! Всё просто восхитительно, но я вообще не очень жалую горячительные напитки, да, к тому же у меня дела, которые никак нельзя отложить. Это не говоря уж о вечерней программе.

— У вас есть что-то новенькое?

— Да так, ничего особенно…

— Ах, не скромничайте. Спойте нам!

— Просим-просим! — захлопала в ладоши Манечка.

Ну, что ещё можно было спеть в такой ситуации, кроме арии Остапа Бендера из фильма Гайдая?

— Где среди пампасов бегают бизоны,

Где над баобабами закаты словно кровь,

Жил пират угрюмый в дебрях Амазонки,

Жил пират, не верящий в любовь! [1]

Что тут скажешь, успех был полный! Любочка, судя по неровному дыханию, готова была схватить меня в охапку и тащить в опочивальню, а Манечка целиком поддерживала её в этих устремлениях. В воздухе всё сильнее пахло жареным…