— Нет! — поморщился, отпихивая в сторону очередной хлам.

— Николай? — отвлёк меня от этого увлекательного занятия знакомый голос.

Обернувшись, заметил Владимира Порфирьевича в сопровождении двух дам бальзаковского возраста и соответствующего телосложения. Что интересно, едва стоявший вчера на ногах лейб-гусар сегодня свеж и румян аки херувим. Вот как это у него получается? Если бы я столько сивухи вылакал, сегодня лежал как молодой и красивый труп. А ему хоть бы хны!

— Приветствую! — сухо буркнул в ответ, занятый собственными мыслями.

— Манечка, Любочка, — не унимался коллега. — Позвольте представить вам известного певца Николая Северного. Я вам о нём рассказывал…

— Бонжур, мосье Северный, — на непередаваемой смеси французского с нижегородским проворковали дамы. — Какая неожиданная встреча!

— Судьба, — мрачно ответил я, но потом спохватился и добавил чуть более любезно. — Или, как говорят в Турции — Кысмет!

— Вы были в тех краях?

— Конечно! Стамбул, Анталья, Белек. Море, солнце, древняя история. Места кровавых битв, высоких минаретов и прекрасных дворцов…

— Ах, как интересно. Быть может, вы как-нибудь расскажете нам о своих путешествиях?

— Непременно. А сейчас покорнейше прошу меня извинить — занят!

— А что вы ищите? — ничуть не смутилась моей сухостью подруга отставного ротмистра.

— Хм. Видите ли, мадам. Совсем недавно я пришёл к выводу, что мне до крайности нужен портфель или маленький чемодан. В общем, что-то подходящее для всяких мелочей, совершенно необходимых неприкаянному холостяку. Но здесь, к несчастью, нет ничего подходящего!

— Как это нет? — возмутился не потерявший надежды всучить мне какое-нибудь барахло, торгаш. — Гляди сколько всего…

— Мосье Северный, — жеманно проворковала дама, выглядевшая несколько моложе своей приятельницы и, очевидно, являющаяся Любочкой. — Но зачем вам тратить деньги, на это убожество? Пойдёмте ко мне, я уверена, что в моей лавке найдутся вещи, удовлетворяющие самому взыскательному вкусу. Здесь недалеко.

— В самом деле, Николаша, — покровительственно хлопнул по моему плечу Владимир Порфирьевич. — Заодно и узнаете друг друга поближе. Чего время тянуть?

Дом моей новой знакомой не разочаровал. Двухэтажный. Первый из которых — каменный с самым настоящим лабазом, второй — сложен из массивных брёвен, но при этом, не лишён некоторого изящества. На фасаде облупленная вывеска — «Осип Грицианов и сынъ». Стало быть, вдова у нас — Грицианова. Слава Всевышнему, хоть не Грицацуева!

Внутри всё обставлено с купеческой роскошью. Стены увешаны коврами, на окнах цветастые занавески. Кровати покрыты несколькими слоями перин, поверх которых застелены атласные покрывала, а венчают всё это «великолепие» пирамиды подушек, в свою очередь прикрытые кружевными накидками. Прочая мебель такая же тяжеловесная, но при этом добротная. Но несмотря на это, в доме вполне уютно.