— Валяйте.

— Отчего вы сторонитесь общества хорошеньких женщин?

— У меня нет на них денег.

— Вы о дамах легкого поведения? Насколько я знаю, вы пользуетесь у них немалым успехом, а посему, могли бы рассчитывать на известную скидку…

— Чтобы потом лечить сифилис? Благодарю покорно!

— Н-да, — вынужден был признать мой собеседник, — опасность подобного рода при общении с падшими представительницами прекрасного пола существует. Но ведь есть и честные дамы. Взять хоть мою нынешнюю… нет, не подумайте, она влюблена в меня и только. Но у неё имеется двоюродная сестра. Весьма, знаете ли, пикантная особа!

— Могу себя представить. Семь пудов весом и с пышными, как у моего бывшего командарма, усами?

— Собственный дом с лавкой, — парировал начинающий сводник. — Я имел смелость рекомендовать Любочке вас с самой лестной стороны. Мне, кажется, то есть, я уверен, что она заинтересовалась!

— А вы умеете уговаривать. Чем торгует?

— Всем понемногу, но в основном скобяным товаром. Так вы согласны?

— Простите, Владимир Порфирьевич, но кота в мешке брать не стану. Хотелось бы лично убедиться в достоинствах вашей протеже.

— Так зачем же дело стало? Приходите к нам в понедельник, там и познакомитесь.

— А, собственно, пуркуа бы и не па? Тем более что у нас выходной.

Проводив разговорчивого коллегу до дома, прибавил шаг. Дворник, разумеется, уже запер ворота, чтобы иметь возможность брать с припозднившихся жильцов мзду. Мне, впрочем, эта перспектива нисколько не угрожала. Во-первых, я время от времени подкидываю нашему Силантию полуштоф с самогонкой, отчего он относится к вашему покорному слуге с неимоверным почтением. А во-вторых, мне удалось подобрать ключ.

Замок, конечно, прицеплен с внутренней стороны, но если просунуть руки сквозь решетку, то вполне можно… а что это за шум?

В принципе, никакого шума нет. Просто двое каких-то хмырей зажали в углу женщину и неспешно освобождают её от одежды. Сильно сомневаюсь, что предполагается насилие, всё-таки на дворе отнюдь не май, но несчастная мычит и брыкается, как будто…

Если хорошенько подумать, меня происходящее не касается от слова совсем! Но и оставить женщину в беде тоже не могу, такой вот дурацкий характер… и что прикажете делать? Усовестить налётчиков точно не получится, револьвера у меня нет, поэтому завалить тоже не получится. Да, и если бы получилось, утром найдут трупы, набежит милиция во главе с Фельдманом и спросят — «а кто тут проживает поблизости»? Нафиг-нафиг!

И тут я вспомнил о подарке Никишки. Пронзительная трель разорвала морозную тишину, а я из-за угла заорал дурным голосом.