Теперь самое время рассказать о том, почему в атаку были наряжены 28 катеров, а не все 30, что мы имели. И куда так заторопились наши крейсера. Дело в том, что на два последних катера типа КЛ, оставшихся сейчас на борту «Риона», было возложено участие в особой миссии. По имеющимся у нас сведениям вход в залив, имевший в ширину семь кабельтов в узкости, именно там и был перегорожен плавучим боном, имевшим входные ворота для пропуска судов и кораблей. Подробностей его устройства и то, в какой именно его части устроены ворота, мы не знали. Проломить его было не под силу даже миноносцам, не то что катерам. Поэтому для возможности наших успешных действий в заливе, препятствие это должно было быть предварительно разрушено.
Именно поэтому в состав нашего отряда входили два брандера-прорывателя из числа конфискованных по решению Владивостокского призового суда пароходов-контрабандистов. Оба они имели тоннаж в пределах четырех-пяти тысяч тонн и достаточно мощную машину, позволявшую им легко поддерживать 14 узлов. Для исполнения задуманного вполне должно было хватить и одного такого корабля. Второй был страховкой. Сама же задумка была проста и логична: брандер должен был протаранить бон в проливе. Желательно в самом слабом его месте — в воротах. С учетом того, что их обычно охраняет брандвахта, а возможно и один два миноносца, на эти пароходы поставили по две автоматических полуторадюймовых пушки системы Максима, столь неплохо зарекомендовавших себя у Осаки. Трюмы этих пароходов были забиты пустыми бочками и тюками с хлопком, что должно было дать им возможность подольше продержаться на воде. Борта вдоль котлов и машины были блиндированы от осколков и мелких снарядов увязанными в три ряда бревнами, а командирский мостик даже котельным железом и матросскими койками.
Перед самой атакой большая часть их экипажей должна была перебраться на крейсер. На борту оставались механик, качегары, расчеты «максимов» и три офицера на мостике. Всего около двадцати человек. Все — специально вызвавшиеся для этой миссии. Роль двух приданных брандерам «каэлок» и заключалась в их спасении, поскольку шансов выйдти целым из этого предприятия у парохода-брандера было не много. Вернее, практически никаких.
Поэтому сейчас, пока все остальные крейсера отходили в точку рандеву, где нам предстоит собраться по окончании операции, «Рион», сопровождая брандеры, двигался обходя с севера острова Митикошима к горлу Сасебского залива. В четырех милях от него он примет на борт большую часть экипажей брандеров, после чего пароходы и два приданных им катера пойдут к бону самостоятельно. Командуют этими пароходами лейтенанты Александр Иванович Тихменев с «Трех Святителей» и Михаил Павлович Саблин с «Осляби». Оба вызвались на это дело добровольно. Броненосец Тихменева стоит в ремонте в Артуре, а «Ослябя» интернирован в Вэй Хае. Саблин съехал с него до этого, придя в Артур на одном из наших крейсеров. Оба отважные, молодые… Под стать им и их экипажи. От рулевого кондуктора до качегара. Какое будущее ждет их?