Каркуша беспокойно ёрзала на плече, то и дело поворачивая голову, всматриваясь в окружающий мрак.
— Чуешь что-то? — спросил я.
— Кар, — тихо и напряжённо ответила ворона.
Я прислушался. Сначала показалось, что тишина была абсолютна, но через несколько секунд уловил нечто странное. Звук оказался едва различим, он скорее ощущался кожей, чем слухом: мерный, ритмичный гул, похожий на далёкие шаги чего-то невообразимо большого или на биение гигантского сердца, спрятанного глубоко под землёй.
Дыхание Тёмного Бога, пронеслось в голове. Вот как это выглядит на Кромке, если прислушаться.
Чуйка полыхнула яростным предупреждением, и в ту же секунду из-за кривых деревьев вышла фигура.
Я резко остановился, пальцы сами собой сомкнулись на посохе.
Напротив меня стоял высокий, худощавый мужчина, одетый в длинное тёмное пальто, слишком приталенное и элегантное. Чёрные волосы были зачёсаны назад, открывая высокий лоб с залысинами на висках. Кожа казалась бледной, почти прозрачной, через неё проступала сеть тёмных вен, словно под тонким пергаментом текла не кровь, а чернила. Глаза смотрели на меня спокойно, оценивающе, с лёгкой насмешкой.
Вурдалак: старый, сильный и опасный, но я его не боялся, ибо знал, что в любом случае справлюсь с угрозой.
Моя рука крепче стиснула посох. Каркуша на плече застыла, превратившись в чёрную статуэтку, перья прижаты к телу, глаза не мигают.
— Ну здравствуй, Кромешник, — произнёс он.
— И тебе не хворать Валерий.
Да, именно Валерий Чёрный, мой знакомый недруг, с которым я столкнулся в Чердыни, сейчас стоял напротив меня. Я уже знал, что этот гад нашёл способ обойти клятву о ненападении. Ну, что же, тем лучше. Если мы с ним схлестнёмся на Кромке, меньше проблем. Этот вурдалак уже давно сидит у меня в печёнках. Пора с ним покончить, а вот с его гнездом пускай разбирается Отдел Аномальных Расследований. Давно нужно было что-то предпринять, а то вампиры совсем распоясались, особенно в Чердыни.
Мы стояли друг напротив друга, разделённые десятком шагов мёртвой травы. Валерий Чёрный выглядел иначе, чем тогда, в Чердыни. Тогда он казался мне просто опасным хищником, матёрым вурдалаком, привыкшим властвовать и подчинять. Сейчас же от него веяло чем-то другим, какой-то тяжёлой, давящей уверенностью существа, которое пришло сюда с одной целью.
Я разглядывал его внимательно, подмечая различные детали. Пальто сидело на вампире безупречно, будто его пошили вчера у лучшего лондонского портного, ботинки блестели, словно Чёрный только что сошёл с обложки модного журнала, а ведь мы находились на Кромке, среди мёртвой травы и гнилых деревьев. Такое внимание к внешнему виду говорило о многом. Валерий хотел продемонстрировать контроль, показать, что ему здесь комфортно и что он хозяин положения.