Мелькнула было мысль наведаться в жилища имперских магов, покопаться в их вещах. Пока никто не спохватился. Но по здравом размышлении мысль была признана несостоятельной. Много чего полезного могло там отыскаться, но если будешь замечен, ввек не отмоешься. Так что — ну его.

Отцепив ножны с мечом и освободившись от кожаного нагрудника с широкими наплечниками и наручей, Вале вздохнул с облегчением. Как бы ни развивались события дальше, ни доспехи, ни оружие ему уже сегодня не понадобятся. И глупо сидеть на месте в ожидании милости или гнева начальства. Ночь на исходе, но пару часов для сна еще можно урвать.

Проснулся Эсс Вале, когда за окном уже вовсю светило солнце. С улицы слышался шум множества голосов, и оба сторожевых контура протяжным писком сообщали о вторжении чужаков. Однако штурмовать защитные контуры никто не спешил. Не стал торопиться и Вале.

Осторожно выглянув в окно, волшебник обнаружил у своего дома небольшую толпу, состоящую из примерно двух десятков княжеских гвардейцев и шести-семи синерубашечников — магов из магической службы князя. Никого из высших волшебников в непосредственной близости не наблюдалось, и это можно было считать обнадеживающим фактом. Если бы этакое посольство еще и архимагом возглавлялось, то дело было бы совсем плохо. Хотя и так компания пожаловала к гроссмейстеру весьма представительная.

— Неужели все-таки арестовывать пришли?

Недоуменно почесав затылок, Вале не спеша умылся и в таком виде — босиком и с полотенцем в руках — вышел на крыльцо. Все голоса при его появлении стихли, как по команде. И воины, и маги расположились полукругом вдоль линии первого защитного контура и смотрели на него настороженно, а кто-то даже с испугом.

— День добрый, господа! Чем вызвано такое внимание к моей скромной персоне? — спокойно спросил он, тщательно вытирая руки.

— Временный гроссмейстер Северной провинции, Полный маг Эсс Вале? — возглавлявший гвардейцев десятник дождался его утвердительного кивка. — Его величество ожидает вас!

— Одеваюсь, — только и смог вымолвить Полный маг внезапно севшим голосом.

— Простите, — робко поднял руку, чтобы привлечь к себе внимание один из синерубашечников, — но нам приказано произвести у вас обыск…

Вале остановился в дверях и с удивлением посмотрел через плечо на сжавшегося в ожидании праведного гнева молодого мага.

— С вашего позволения, я все-таки оденусь, — он изо всех сил пытался произнести фразу ровным голосом, но до конца справиться с эмоциями не удалось. Нужно было исправлять ситуацию, не допустить, чтобы предательски дрогнувший голос приняли за проявление страха. А он не собирался пасовать ни перед магической службой, ни перед орденом.