Возле костра на звериных шкурах вольготно раскинулся тот самый человек, которого Лекса уже видел в своих снах. Граф, барон, и прочая и прочая. Только в этот раз он был одет не в средневековый европейский, а в древнерусский роскошный костюм. Отблески углей красиво мерцали в искрящемся соболином меху и серебряной вышивке на кафтане.

Граф божьей милостью Жан

V

Арманьяк — персонаж цикла «Страна Арманьяк»

— Чувствуй себя как дома, парень… — кавалер встал, вежливо поклонился и приглашающе махнул рукой. — Промочим горло, медок ставленый на диво хорош… — он запнулся и хохотнул. — Не кривись, знаю, знаю, не пьешь, для тебя безалкогольный продукт сладили. Удивлен, но не осуждаю, каждому свое.

Из темноты вдруг выступила…

Высокая и статная красавица в высоком, усеянном драгоценными камнями кокошнике и парчовом платье с разрезными рукавами почти до пят.

Она с поклоном протянула Лексе высокий кубок, над которым вздымалась легкая шапка пены.

Лекса машинально взял кубок, а только потом сообразил, что красавица неуловимо похожа на его Гулю.

Ахнул, протянул руку, но девушка уже исчезла, растаяв в воздухе, словно призрак.

Алексей нахмурился и посмотрел на мужчину.

Тот в ответ только добродушно улыбнулся.

Алексей отхлебнул из кубка, неспешно устроился на шкуре и с угрозой, сухо поинтересовался.

— Это ты, получается, всей этой хренью заправляешь? Развлекаешься?

— Если бы я… — граф обыденно пожал плечами. — И нечего глазами сверкать. Я сам могу, почище твоего. Если бы знал, какой ушлепок так развлекается, сам бы его порешил лютой смертиею. Но не знаю, увы. До сих пор не знаю, парень. Только догадки.

— Смертью? А чего так? — хмыкнул Лекса. — Мне этот ушлепок дал все то, чего не хватало в прошлой жизни. Угадал прямо. Шикарный подарок, не считаешь?

Барон невесело усмехнулся.

— Ты какую жизнь, живешь? Вторую? А я… — он хмыкнул. — Седьмую или восьмую? Уже сам запамятовал. Все кто мне был дорог, все кого я любил, уже умерли. Я уже любить разучился. Бояться начал. Понимаешь? Какой смысл, все равно умрут?

У Лексы по спине пробежали ледяные мурашки.

— Восьмую? Получается, вы уже…

— Ага, — уже весело хохотнул граф. — Получается. В одной умираешь — в следующей возрождаешься. И так по кругу. И самое пакостное, выбора нет. Вот ты сейчас в Китае развлекаешься, судя по всему, а я на кресте вишу. Ага, на самом настоящем, костылями прибитый. Видел в фильмах про древний Рим? Вчера попал, мать ее, а уже вишу. Хочется верить, что скоро подохну, но далеко не факт. Одна радость, снова возрожусь. Хотя, какая нахрен, радость. Сначала меня все это развлекало, а потом надоело. Покоя хочется, покоя…