Наверное, яма была не сильно глубокой, но мне казалось, падал я куда-то к ядру земли.

Шлепнулся на задницу. Падение вышло достаточно болезненным. На удивление, руки, ноги, голова, все было на месте. Ни переломов, ни вывихов.

— Твою ж мать…

Я поднял башку и посмотрел на верхний край ловушки, в которой оказался. Вообще не близко. Копали яму четко. Стены — совершенно прямые, гладкие. Уцепиться не за что. Класс… И что делать? Орать я не могу. Побеспокою не только Николаича, который не спит, а как тень отца Гамлета, шарится по дому со своей "керосинкой", но и ближайших соседей.

Меня спасло то, что девчонка после слов председателя решила проверить, мог ли я их слышать. Она подкралась к коровьему жилищу и тихо произнесла мое имя. Я ответил. Но не из жилища. Это Наташка сразу поняла.

— Да где ты есть? — Громким шёпотом пытала она.

— Иди сюда. В сад. Тут я. На голос иди. Слышишь? Верёвку какую-то сразу бери.

Буквально через пять минут над ямой появилось лицо Наташка

— Ты зачем сюда залез? — Спросила она с выражением крайнего удивления.

— Залез? Ты серьезно? Млять... Люблю, знаешь ли, прыгать в ямы. Медом не корми. Что ни яма, бегу, сломя голову.

Так как башку я задирал вверх, то на фоне звёзд видел Наташкино лицо очень хорошо. Почему-то именно в этот момент девчонка показалась мне удивительно красивой.

Я любовался ею. Обычно в кино такие моменты должны показываться в замедленной съемке. Представил, как она медленно склоняет голову к плечу, её волосы от этого движения колышутся, будто колосья пшеницы на легком ветру, и скользят по спине. Она поправляет их рукой, бросает на меня загадочный взгляд и ласково улыбается. Играет какая-то романтическая музыка. И голуби. Белые. Обязательно в этот момент у неё из-за спины в воздух взлетают белые голуби. Устремляются ввысь, а её волосы развеваются от взмаха их крыльев и светятся в лучах солнца…

Внезапно из-за Наташкиной спины резко, с треском и противным звуком взлетела какая-то птица. Ни хрена не голубь. Это было очень неожиданно, поэтому девчонка вздрогнула и оглянулась назад.

— Вот стерва…Напугала. Ворона, что ли…

Короче, романтичный момент был разрушен, как песочный замок на морском берегу. И слава богу. Меня аж холодный пот прошиб. Что за хрень происходит? Какие, к чертовой матери, голуби? Какие волосы? Какая пшеница? Я сроду такой ересью голову не забивал. Долбаные Зеленухи...

— Жорик, и всё-таки... ты зачем залез в выгребную яму?

Меня аж подкинуло после Наташкиного вопроса. Я принялся лихорадочно оглядываться, пытаясь понять, если ямы выгребная, а мне вполне известно теперь, что это значит, где, блин ее содержимое. Не то, что оно мне сильно необходимо, даже наоборот. Вообще не нужно. Но сюрпризов тоже не хочу. Сейчас как ливанет откуда — нибудь.