— Ставка на спорт! — снова вмешался я, пока кто-то не предложил другой вариант. — Я не участвую в споре.
Я сделал паузу, чтобы дождаться возражений. Но их не было.
— Валяй, Ракицкий! Удиви меня.
— Все газеты сегодня пестрят заголовками о предстоящем матче лиги чемпионов между Реалом и Спартаком, — сказал я.
— Дураку понятно, что шансов больше у Реала, — ухмыльнулся Парфенов. — Давайте. Только я ставлю на испанскую команду.
— Предлагаю ставку на счет. Кто угадает счет, тот выиграл, — добавил я.
Парфенов вновь внимательно посмотрел на меня. Он может думать все, что угодно, но никогда не догадается о том, что я попал сюда из будущего и именно поэтому могу знать как закончится матч.
— Хорошо. Два один в пользу Реала, — сказал глава электроников.
Я тут же посмотрел на Яблоньского широко раскрытыми глазами. Это был тот счет, которым и закончится игра. Любой другой исход — поражение для нас. Это значит, что все, что мы проделали сегодня — напрасно.
Какова была вероятность, что Парфенов старший назовет именно тот счет, с которым на самом деле закончится матч между «Реалом» и «Спартаком»? Нет ли в этом мире прорицателей, которые могут предсказывать исход спортивных событий и докладывать аристократу? Может от того он и обожает азартные игры. Потому что выигрывает. Но это уже неважно. Хорошо, что матч через неделю. У меня будет время что-нибудь придумать. Если бы игра состоялась сегодня, то живым бы я отсюда не ушел. Это точно.
— Хорошо, — неожиданно для меня спокойно ответил Яблоньский и протянул детскую ладонь.
Я посмотрел на руку. Пальцы аристократа даже не дрожат. Он понимает, что мы в отстойном положении, но держится уверенно. Блефует. Думаю, он будет сильным лидером.
Несколько секунд у нынешнего и будущего глав электроников продолжалась борьба взглядов, пока сам же Парфенов не прервал ее.
— Нет! — рявкнул он вдруг. — Реал забьет два, а Спартак — ноль. Это мое последнее слово.
Яблоньский, сохраняя хладнокровие, пожал плечами. Руки не убирал.
— Принимается, — по-взрослому кивнул он. — В таком случае я поставлю на счет два один в пользу испанской команды.
Отец Кипятка несколько мгновений растерянно поколебался, засомневавшись правильно ли поступил. Но деваться было некуда. Его неуверенность могла показаться слабостью. В сравнении с твердым решением малолетки.
— Разбивайте! — гаркнул великан и обхватил руку своего оппонента.
Раньше я полагал, что просьба разбить рукопожатие — это совершенно необязательная процедура в споре, идущая откуда-то из детства и заставляющая по старой привычке даже взрослых дядек просить нейтральную сторону расцепить руки. Но у электроников это оказалось серьезной традицией. Один из соклановцев подошел к аристократам и поставил точку в споре.