Вскоре Нора поняла, почему Ульв смастерил воздушного змея в форме цветка: только в оранжерее на его худом лице появлялась улыбка, он охотно возился в земле, пересаживая цветы, поливал их и обрызгивал листья, мог полчаса или даже час разглядывать какое-нибудь растение, причем, по мнению Норы, совершенно некрасивое. Ульв часто приходил в оранжерею на рассвете, чтобы застать последние минуты цветения ночных цветов. Рядом с ними Нора решила оставить воздушного змея. Ради этого не спала всю ночь, выскользнула из комнаты задолго до подъема, добралась до оранжереи. Положив цветок на бордюр, Нора поспешила обратно.
Порой, стоя за спиной наставника невидимым призраком, глядя, как он заполняет страницы на незнакомом языке, Нора невольно скучала по Ульву. Представляла его руки, улыбку, блики на лице от ламп оранжереи.
Когда в столовой Нора впервые поймала на себе его долгий, нечитаемый взгляд, то очень испугалась. Потом она увидела Ульва на дополнительном занятии для отстающих: на такие занятия учителя часто приглашали ребят постарше, у которых все получалось. Раньше Нора никогда не видела среди них Ульва; теперь же он стоял среди остальных с отрешенным выражением, лицо было наполовину скрыто темными волосами. Когда учитель разрешил старшим ребятам выбирать подопечных, Ульв сразу подошел к Норе. Она внутренне подобралась, думая, что разговор пойдет о воздушных змеях и цветке в оранжерее. Но Ульв лишь помог с упражнениями, раз за разом терпеливо объясняя материал. На следующем занятии все повторилось. Какое-то время они занимались вместе, Нора совершенно расслабилась, перестала опасаться Ульва. Больше всего ей нравилось, что после таких занятий крыса надолго исчезала.
Летом Нора выбрала отработку на ферме, Ульв, как выяснилось позже, поменялся местами с другим мальчиком, чтобы тоже туда попасть. У него все очень хорошо получалось, да и животные к Ульву тянулись, охотнее принимали лекарства из его рук, не вырывались во время купания и обработки от паразитов. Поэтому большую часть дня Нора сидела без дела. “Почему бы тебе не поучить что-нибудь на будущее? – спросил однажды Ульв. – Так тебе будет гораздо легче, когда начнется учеба. Кстати, можешь читать вслух, мне тоже будет полезно повторить”. Он оказался прав, потом учеба ей и правда давалась легче.
Они не стали друзьями, не стремились проводить друг с другом больше времени. Встречи несколько раз в месяц, разговоры об учебе и о жизни. Недавно Ульв признался, что на острове больше не осталось мест, где он не побывал, и работы, которую он не попробовал. Нора запомнила тот день: они только опрыскали картофель от колорадского жука, и теперь жевали бутерброды на крыльце сарая.