— Я не знаю истинных причин, которые вами движут, и потому ищу подвох в каждом действии, — теперь мой голос звучит спокойно, даже безразлично. — А еще не понимаю: в чем причина столь всеобъемлющего доверия? Я же могу вас убить или использовать свое положение и новые знания для поддержки Приюта!

— Ты уже имел возможность меня убить! Трижды! — напоминает мне Шувалов с сарказмом. — Я верю тебе, Саша!

— А я вам — нет!

— Это означает отказ? — спрашивает Великий Князь с неприкрытой угрозой в голосе.

— Мне нужно подумать!

— Хорошо! — Шувалов кивает. — Но есть одно пожелание!

— Какое⁈ — выдыхаю я, сжав кулаки и выскочив из-за стола.

— Одевайся на завтрак с Главой Рода подобающе, а не в эти плебейские лохмотья!

— Пройдусь по магазинам сегодня же! — заверяю я Князя и покидаю его домашний кабинет.

Путь в свои покои я проделываю в молчании. Висящие на стене портреты великих предков не внушают благоговения, хотя мне отчаянно хочется узнать чей именно я бастард. Желание абсолютно иррациональное, потому что знание это не даст мне ровным счетом ничего.

Захожу в гостиную, плюхаюсь в мягкое кожаное кресло и закрываю глаза. Перед мысленным взором возникает родословная Шуваловых, и я пытаюсь представить свое фото среди других. Если приму предложение Великого Князя и стану частью могущественного рода, то буду для Приюта еще более желанной целью.

Он удвоит или утроит усилия, направленные на мое уничтожение. Но, учитывая поддержку Шувалова и Тайной Канцелярии, шансы спастись при этом раскладе ненулевые. Если же не приму — меня убьют со стопроцентной вероятностью. Не приютские, так шуваловские.

Чувствую себя загнанной в угол крысой, как и все восемнадцать лет моей жизни.

— Тьма вас всех забери! — кричу я в пустоту, вскакиваю с кресла и начинаю мерить шагами гостиную, как тигр в клетке.

Я аристо, да еще и член Великого Рода. Еще несколько лет назад, не задумываясь, отдал бы за эту возможность половину жизни, а сейчас тону в сомнениях и переживаниях. А все потому, что это — подарок судьбы. Не вырванный зубами, на завоеванный, не купленный, наконец, а неожиданно свалившийся в руки.

От размышлений меня отвлекает тихий стук в дверь. Я открываю тяжелую створку и встречаюсь взглядом с красавицей, которую первый раз увидел в приемной Шувалова, а второй — в ресторане Яръ.

Внимательные синие глаза юной княжны Трубецкой слегка прищурены, а на губах играет полуулыбка. На ней приталенная синяя блуза, выгодно подчеркивающая размер груди, и узкие джинсы. Мы одеты под стать друг другу.

— Ольга Юрьевна Трубецкая, — официально представляется девушка и протягивает руку.