— Не стоит! — предупреждает Грибоедов ледяным тоном, и его радужки стремительно наливаются чернотой. — Мы не собираемся вас атаковать!

— Хорошо, — я киваю, не ослабляя защиту. — Это происходит помимо моей воли.

— Вы обладаете очень мощным Даром, Александр Игоревич! — заключает Грибоедов, и его взгляд наполняется неподдельным удивлением. — Это противоречит вашему досье. Разумеется, мы сохраним информацию в тайне, о ней будет известно лишь узкому кругу высших должностных лиц Империи!

Вердикт дознавателей полностью подтверждает осторожные предположения Игоря Всеволодовича. Что ж, теперь можно объяснить интерес Шувалова к моей скромной персоне. Но почему Дар не проявлялся в Приюте? Всех нас называли бесцветными и противопоставляли одаренным аристо! Значит ли это, что большинство приютских — бездари, а я — всего лишь счастливое исключение?

Дознаватели внимательно на меня смотрят, ожидая ответа, а я не знаю, как реагировать на сказанное, и даже предположить не могу, какой реакции от меня ждут. Сохраняю бесстрастное выражение лица и продолжаю держать паузу, ожидая, что кто-то из троицы даст необходимые пояснения или подсказки.

— Вы хорошо держите удар, — с одобрением заключает князь. — Игорь Всеволодович неплохо вас подготовил за столь короткое время!

— Существует еще одна опция — ваше сообщение не является для меня новостью, — наугад отвечаю я и вижу, что попал в цель. — К чему фальшивые эмоции?

— Я искренне рад за вас, поверьте! — миролюбиво отвечает Грибоедов. — В любом случае, проверяя ваши способности, мы лишь выполняли распоряжение Наследника Императорского Рода.

Князь осознанно подчеркивает, что копался в моих мозгах не по своей воле, а по распоряжению Цесаревича. Что ж, вполне разумная предосторожность, зачем наживать лишнего врага в лице одаренного аристо из Фиолетового Рода.

— У меня нет претензий, — говорю я и снимаю ментальную защиту.

— Разрешите откланяться⁈ — задает риторический вопрос Грибоедов и встает из-за стола.

— Не смею вас задерживать! — отвечаю я и учтиво улыбаюсь троице в черном.

В короткое мгновение между исчезновением дознавателей за дверью и появлением в приемной Конибродского я четко осознаю, что истинной целью их визита было именно сканирование моих способностей, а вовсе не расследование нападения Темных, но смущает меня не это.

Глаза дознавателей! Они были чернее ночи, как и их ментальные образы. В памяти всплывают отвратительные паукообразные фигуры и тонкие обсидиановые нити, пронзающие мою сущность.

Я вздрагиваю, будто стряхивая с себя полчища мерзких насекомых, и поворачиваюсь к окну, глядя на цветные небоскребы Великих Родов.