— С эксплуататором я сейчас поговорю, как с церкви придет… — Пообещал я и посмотрел на оробевших, в отличие от Даши, пареньков. — А вас как зовут, орлы?

— Данила!

— Вавила!

— А друзья ваши где, вас же пятеро тут?

— В церковь ушли с дядькой и теткой, по очереди робим. — Объяснил осмелевший Данила.

— Ясно всё с вами, так, Подаренка, ты за старшую тогда, а этого Кокованю обратно в палату сейчас перемещу. Пошли, Прохор и больше не нарушай больничный режим!

Прошка допрыгал кое-как с моей помощью до госпиталя, при этом шипя сквозь зубы и страдальчески морщась. Не поленился и ещё раз внушение сделал, чтоб лежал смирно и выздоравливал побыстрей, под конец припугнув: что если помрет — не возьму к себе.

Только начал заниматься — появились вернувшиеся из церкви Демьян с Аксиньей и детьми. Не стал сбивать настрой, продолжив зарядку и подходы к турнику, лишь попросил Демьяна оставить перекусить чего-нибудь, чтоб не тесниться сейчас всем вместе.

— Вы прямо как Илларион Иванович, — одобрительно заметил он. — тот тоже не гнушается из артельного котла отведать, проверить как работных кормят, барин!

— Иди ешь, подхалим! Сегодня с тобой заниматься будем, как сам позавтракаю, казакам недосуг. — Испортил настроение, напомнив про купца и его семейство. — Там и поговорим, что дальше будем делать, а перед обедом — профсоюзное собрание общее!

— Чаво? — Лицо Демьяна вытянулось, выразив искренне недоумение. — У меня всё до полушки записано, барин Герман, на что деньги потрачены!

Поел быстро — рядом переминалась с ноги на ногу Аксинья, не решаясь что-то спросить, пока за столом. Сытно, вкусно — но простенько, разбаловался я у Марфы на мещанских харчах. Заметил Демьяну, вылезая из-за стола:

— Спасибо! Демьян, на еде не выгадывай! А то у вас и Дарья, и Машка полупрозрачные ходят, да и парни упитанностью не отличаются, кормите от пуза, раз уж работают! Сейчас ещё пост этот великий ваш скоро, не уморите ребятню! Аксинья, что у тебя?

— Пономариха на сносях, барин, со дня на день позовут роды принимать…

— Ну и? — Не понял я.

— Он мыло не дает! — Аксинья показала на будущего мужа. — Говорит, что сейчас всё на продажу откладываем!

Я от души посмеялся, когда узнал что Аксинья у лекаря оформлена как повивальная бабка, как-то не ассоциировалась она с образом этим. Но смех смехом, а как выяснилось: по количеству тех, кто к ней обращался — она в разы била и Антона Сергеевича с его частной практикой, и тем более Демьяна, который был у него на подхвате фельдшером.

Упускать такою возможность было глупо, сразу же вместе с лекарем провели с ней несколько бесед-лекций о гигиене и пользе мыла. По той же схеме, как и с Антоном Сергеевичем — подключили её к агитации пропаганде нашей продукции. А кусок мыла в подарок каждой роженице — это уже моя идея. Заодно обязали Аксинью вести статистику выживших младенцев и матерей, роды у которых принимали с соблюдением гигиены и мытьем рук. Это уже лекарю в копилку для составления доклада, проникся необходимостью собрать подтвержденную доказательную базу перед вынесением новшества на суд медицинской прогрессивной общественности.