Вот и к немцу Отто, работающему на заводе мастером — заранее сложилось предубеждение. Тут и незнание им русского языка царапнуло сразу (при всем том, что со слов лекаря — двадцать лет почти жил в России, ну что тебе мешает выучить язык страны, где ты живешь и работаешь) и сейчас, когда вместо того, чтоб неспешно спуститься к заводу, до которого от силы минут пятнадцать пешком — Антон Сергеевич приказал Демьяну запрячь сани. Опять какие-то сословные заморочки, которые мне кровь из носу — нужно осваивать. До госпиталя он пешком ходил, не погнушался в первые дни батюшки покойного вещи самолично притащить, а тут погляди — официальная церемония с выездом, ещё и прислуга какие-то свёртки тащит в сани…

За те полчаса, пока Демьян возился с лошадью и санями, да ехали до завода — подробней расспросил Антона Сергеевича о местном начальстве. Главный здесь, наделенный правом казнить и миловать — Илларион Лугинин, хозяин всех Златоустовских заводов, куда относится и Сатка, и Миаз (как сейчас Миасс называют, впрочем, и Златоустовский завод сейчас через раз Косотурским величают, по горе близлежащей). А помимо владений на Урале — ещё мануфактуры имеет немалые в России, не считая торговых дел, в том числе и с заграницей. Есть ещё его управляющий, второй человек после купца первой гильдии, приказчик Федот Иванович Ахматов, курирующий весь заводской комплекс. В отличие от других заводских приказчиков, набранных из крепостных за сметливость и расторопность — вольный.

— Может с ним сведете, Антон Сергеевич, всё-таки русский человек, в отличие от этого Отто? Прав и возможностей больше опять же, по сравнению с мастером.

Лекарь, в общих чертах уже понимающей, зачем мне тесное знакомство с заводским начальством, от маклей с Ахметовым предостерег:

— И не вздумай, ворюга первостатейный! Тебя же и подведет под батоги, обобрав как липку! Лучше с херром Отто рядись, тот не просто мастер, а главный мастер! Он и в Миаз ездил работу налаживать, и здесь царь и бог для заводских!

— Как же тогда Лугинин его в главных приказчиках держит, — удивился я. — раз он вор?

— Дело свое знает, — нехотя признал Антон Сергеевич, у него контры какие-то с этим Ахметовым, судя по всему. — но и Илларион Иванович не просто так сюда перебирается, а чтоб пригляд хозяйский был! Ждем кормильца вскоре, должен до весенней распутицы вернуться…

На территорию завода заехали беспрепятственно, Демьян остался в санях при лошади, а мы с лекарем направились в контору — знакомиться с Отто Эверсманом.

— Гутен таг, херр Антон! Гутен таг, Герман!