— Для такого моего решения есть одна ключевая причина — твоя сестра. Не будь её, и тогда пришлось бы тебе мотать свою молодую жизнь где-то на сибирских рудниках. Сомневаюсь, что тебе понравилась бы такая участь, но твоя сестра спасла тебе жизнь.

— Пусть так, князь. Ты победил, а значит суждено мне быть в изгнании. Даю тебе слово дворянина, что не стану больше проблемой для вас. Дай мне всего сутки, и тогда я покину страну на ближайшем поезде. Тёплое итальянское побережье давно ждёт меня.

Переговоры были заключены самым древним способом, которым уже сотнями поколений мужчины подтверждали свои соглашения — рукопожатием. Пётр не стал долго задерживаться в собственном доме, покинув богато украшенную гостиную всего через несколько минут.

Я продержался недолго. Какое-то время я смотрел на медленно крутящийся перед глазами глобус. Сон постепенно захватывал меня, погружая в тёплые объятия. Нужно было бы избавиться от окровавленной одежды, почистить оружие после стрельбы и вообще отправиться в собственное имение, дабы успокоить домочадцев. Наверняка они были обеспокоены, заметив моё отсутствие столь ранним утром. Желательно было сочинить на скорую руку хотя бы слабенькую историю, объясняющую появившуюся на голове рану от вражеской пули, но мозг на подобное был уже просто не способен. Всё же, за последнее время я привык к комфорту, а потому организм намекал, скорее даже бил тревогу, указывая на то, что стоит отдохнуть как можно быстрее.

Глаза закрылись для меня незаметно. Это был первый раз за всё время в этом теле, когда мне приснился сон. В этих, искажённых фантазией снах, всплывали картинки о моей прошлой жизни. Воспоминания о конструкторском бюро, переговорах с промышленниками и армейцами, бессонные ночи за белыми листами с карандашом и линейкой в руках. Был ли я тогда счастлив? Сложно сказать. В то время мне приходилось тратить всё своё личное время на работу, а сейчас… Сейчас было как-то проще. За спиной был капитал, какой-никакой авторитет, заработанный несколькими поколениями до меня. Да что уж тут вообще говорить, если раньше не было даже возможности хоть как-то наладить личную жизнь, а теперь у меня была полноценная жена. Конечно, за всю свою жизнь я видел её меньше десяти раз, часть из которых вовсе была уже на самой свадьбе.

Прошлую жизнь можно и не называть счастливой, но нужно быть честным с собой и согласиться хотя бы с тем, что она была просто спокойнее. Не приходилось мне участвовать в интригах, а оружие в руки я брал не с целью лишить кого-то жизни, а разве что из конструкторского или спортивного интереса. Теперь же, за время нахождения в дворянском теле, я часто брал оружие с целью использования его по прямому назначению — для убийства.