Я выдержал паузу, от длительности которой щуплый бандит принялся тревожно ёрзать.

— Во-вторых, Эрмин, ты знаешь, кто скрывается под маской Маэстро, — угрожающе низко проговорил я. — И за одно только это я должен тебя убить.

От моих слов мужчина сжался, будто уже представлял, как магический снаряд разрывает его плоть. Но я не хотел запугивать собеседника. Мне требовалось, чтобы он задумался.

— А теперь посмотри еще раз на всю нашу ситуацию. Я понимаю, что насилием невозможно добиться верности. Но у меня нет другого выхода. Ты мой враг. Ты преследовал меня, ты угрожал мне. Поэтому я должен себя обезопасить. До тех пор, пока ты не докажешь свою лояльность, наши жизни будут связаны. Случись что, и пережить ты меня сможешь максимум на один день.

— Да, вы правы, экселенс, — неожиданно смело поднял на меня взгляд Эрмин. — Мы были врагами, иначе и не скажешь. Но я действовал не по своему желанию, а по приказу Лиса. Я служил ему больше двенадцати лет, честно исполняя все поручения. Разве это не доказательство того, что я умею быть преданным? Однако теперь моего босса нет в живых. И передо мной встал невеликий выбор. Либо я буду служить новому господину, либо меня выбросит на самое дно городских улиц, где мне придется грабить пьяниц.

— Есть еще третий путь. Ты можешь слепо жаждать отомстить мне, невзирая на последствия, — усмехнулся я собеседнику в лицо.

— Месть не накормит меня и не обогреет, — философски подметил мужчина. — Я не настолько глуп, чтобы идти против того, кто собственноручно прикончил лучшего бретёра Клесдена, а потом и обезглавил шайку Чегеня в одиночку.

— Мне радостно это осознавать, Эрмин, — благосклонно кивнул я. — Однако, как говаривал мой покойный отец, да сберегут его душу боги: «Такое доказывается поступками, а не словами».

Помощник, не вставая с мягкого сиденья, низко поклонился. Он показал, что принимает правила моей игры, и будет им следовать. Что ж, посмотрим, насколько ему можно доверять…

Столица Южной Патриархии встречала меня пасмурным небом, висящим так низко, что казалось его можно потрогать со шпиля какой-нибудь башни. Но ни единой капли дождя не проливалось на страждущую пыльную землю вот уже больше седмицы.

Арнфальд был очень древним городом. Считалось, что люди в эпоху первой экспансии отбили его у темноликих, когда те властвовали на всём континенте. Однако те события разворачивались в такие незапамятные времена, что никаких свидетельств не сохранилось. Даже в архитектуре не осталось характерных алавийских черт, поскольку столица уже перестраивалась полдюжины раз.