Илисия держалась за локоть Велайда и не могла поверить, что её любимый малыш настолько вырос. Еще вчера, казалось, она баюкала его на своих коленках. А сегодня этому статному красавцу самому впору носить мать на руках. Ах, до чего ж неумолим бег времени…
— Что такое, мама? Почему ты столь странно смотришь на меня? — пробасил молодой аристократ, заметив пристальный взгляд спутницы.
— Ничего, сердце моё. Не обращай внимания, — ласково прощебетала женщина.
— Ты всё еще не хочешь рассказать, куда меня ведешь?
— Наберись терпения, сладенький. Скоро узнаешь, — загадочно улыбнулась она.
— Мама, я же просил не называть меня так! — лицо Велайда залилось смущенным румянцем, а сам он нервно огляделся, желая убедиться, что никто из прохожих этого не слышал.
— Знаю-знаю, прости, — повинилась Илисия. — Порой я так скучаю по тем годам, когда мы с тобой и Ведой посещали ярмарки или представления бродячих артистов. Тогда жизнь была такой простой и беззаботной…
— И всё же, я давно не ребенок, и эти телячьи нежности ставят меня в неудобное положение, — по-подростковому жестко и прямолинейно заявил нор Адамастро третий.
— Ах, мой милый, не сердись, — грустно вздохнула аристократка. — Ты обязательно поймешь меня, когда у тебя самого появятся дети. Это так невыносимо-щемяще видеть, как они вырастают…
— Да-да, мама, хватит уже об этом, — нетерпеливо отмахнулся парень.
— Как скажешь, сын. Но тогда не допытывайся, куда мы идем, — мстительно ухмыльнулась женщина.
— Так нечестно, мама! Просто скажи мне!
— Пусть это станет для тебя приятным сюрпризом, — не уступила Илисия.
Дальнейший путь семьи дворян проходил под аккомпанемент недовольного сопения Велайда. Однако врожденное упрямство не позволяло ему вернуться к расспросам.
— А вот и он… — задумчиво изрекла мать.
— Кто? — принялся вертеть головой юноша.
— Тот, кто очень сильно помог всей нашей семье, — туманно поделилась она.
Женщина взяла курс прямиком к одиноко стоящему с краю небольшой площади господину. Усатый, худощавый и сухопарый, он не производил какого-то исключительного впечатления. Однако сквозь его общий утомленный вид отчетливо проступало что-то армейское. Молодцеватой выправке этого мужчины вполне могли бы позавидовать большинство окружающих. И у юного нор Адамастро что-то вяло шевельнулось в памяти. Кажется, он уже где-то видел это лицо…
— Экселенс нор Палви, какая неожиданная встреча! — наиграно всплеснула руками Илисия, когда они с сыном приблизились.
— Для вас, прекрасная милария, я просто Висант, — галантно склонился усатый и поцеловал тыльную сторону ладони женщины. — Велайд, приятно видеть тебя. Похоже, к следующей весне ты перерастешь своего отца!