Имя человека, возглавлявшего клан Виверн, он узнал ещё во время памятной дуэли Райны.

— Как только отъедем достаточно далеко от усадьбы, снимем кучера, я приму облик покойного Змея и уже в этом виде проедем через заставу. Думаю, насчёт него даны особые распоряжения и проблем не возникнет.

— Почему не оставить лицо барона? — уточнил репликант.

— Кто-то может хорошо знать его и завязать ненужный разговор, — догадалась Райна. — А со Штейном у бойцов на заставе вряд ли много общих тем для беседы.

Арес кивнул, соглашаясь с аргументами.

Почему не поехать верхом он даже спрашивать не стал. Хватало одного взгляда на Райну чтобы понять, что в седле она может удержаться разве что при осторожной езде шагом.

— Что делаем, если план с каретой провалится? — придерживая магичку, чтобы та не упала, поинтересовался Арес.

— Ты ищешь способ увезти Райну, — не раздумывая ответил Лёха. — Или сам добудешь транспорт для перевозки, или без затей перекинь её через седло и вези. А мы с Белочкой позаботимся о том, чтобы всем было не до вас.

Удивительно, но на этот раз демона не возмутила тяга носителя к самопожертвованию. Скорее он предвкушал весёлую и кровавую охоту.

Сейчас, когда Виверны не знали о неуязвимом к магии одержимом, способном менять лица, они были лёгкой добычей. Главное — не нарваться на большое число врагов в одном помещении, а убивать их по одному-двое. В замкнутом пространстве маги вряд ли смогут устроить нечто по-настоящему опасное, как тот Змей на складе у Кречетов. Не будут же они разносить собственный особняк в надежде, что осколки убьют не кучу союзников, а одного врага? А если и будут — преимущество регенерации на его стороне.

— Алекс, — в голосе Райны послышалась тревога. — Ты в порядке?

— Да, — удивлённо моргнул тот. — А в чём дело?

— Ты улыбаешься, — коротко ответила девушка.

— Я просто очень рад тебя видеть, — ухмыльнулся Лёха и пресёк дальнейшие разговоры коротким приказом. — Двинули.

Арес критически оглядел свою одежду, убедился, что не заляпался кровью и надел маску пустотника. Вид у него снова был равнодушно-отстранённый.

Стриж мимоходом отметил, что надо бы спросить при случае где репликант так поднаторел контролировать собственную мимику?

На этот раз на пути из подземелья в жилую часть особняка им никто не встретился, не считая слуги, едва заметно вжавшего голову в плечи при виде хозяина.

— Карету мне, живо! — уловив настроение челяди жёстко и властно приказал Лёха.

Судя по скорости, с которой тот помчался выполнять распоряжение, угадал. Барон был тем ещё «добряком».