— Думаешь, они разрешат? — честно спросил он.

— Предоставь это мне! — решительно заявила Райна.

— Не спеши, — попросил Стриж. — Сперва надо привести в полную боевую готовность все эгиды, а уже потом договариваться о твоём участии.

Нахмурившись, девушка кивнула.

— Хорошо, я подожду. Решайте вопрос с зарядкой артефактов.

Сказать было проще, чем сделать.

Вернувшись на базу, Стриж первым увидел Максимилиано, выходящего из ангара со стоящим там катамараном.

— С возвращением, друг мой, — радостно провозгласил тиаматец, вытирая руки ветошью.

— Где остальные? — спросил Лёха.

— В саду, — махнул тряпкой в сторону выхода Максимилиано. — Арес помогает Гюнтеру чертёж рисовать, Миа к ним пошла. Ну, что поведали наши дорогие союзники?

— Собирай всех, как раз расскажу, — ответил Стриж. — А что там Гюнтер придумал?

— Стапель, — с сияющим лицом поведал тиаматец. — Катамаран на воду спускать будем.

— Катамаран? — опешил Лёха.

До сего момента он даже и не думал, что хоть одно из древних плавсредств в ангарах пригодно к эксплуатации, потому новость несколько шокировала.

— Ну да, — закивал Максимилиано. — Я осмотрел этот, — кивнул он на ангар, — всё в норме. Обшивка, рангоут — всё цело. Нет ни гнили, ни рассохшихся деталей.

— Это хорошо, — задумчиво протянул Лёха. — Так, ладно, о нашей судостроительной программе поговорим позже, а сейчас всех на командный пункт. Новости сообщу.

— Есть! — Максимилиано шутливо отсалютовал тряпкой и побежал в сад.

Когда все собрались вокруг стола в комнате с чучелами демонов, Лёха рассказал последние новости, опустив только личную историю Дарана.

В тишине хлопанье крыльев прозвучало оглушительно. Пустотники невольно оглянулись, чтобы увидеть, как на подоконник приземляется баклан. Переступив перепончатыми лапами, пернатый гость невозмутимо занялся чисткой перьев, игнорируя направленные на него взгляды.

— Мы вам не помешаем? — под смех товарищей поинтересовался у птицы Лёха.

Баклан даже не соизволил посмотреть на него.

— Судя по всему, нет, — резюмировала Миа.

— Фух, аж камень с души упал, — ёрнически вздохнул Стриж. — Так, ладно, возвращаемся к делам нашим скорбным.

— Печально, что доставка демонов через разлом отменяется, — вздохнул Максимилиано, — зато известие о большом скоплении нужных нам пустотников вселяет в мою душу ликование, друг мой!

И широко раскинул руки, демонстрируя радость.

У Лёхи, не успевшего привыкнуть к странной манере речи тиаматца, задёргался глаз. Оставалось тихо радоваться, что Миа достаточно долго путешествовала за пределами родной планеты и утратила причудливую витиеватость речи.