Сердце забилось чаще, время словно замедлилось, а мысли, наоборот, ускорили бег. Память воскресила взгляд Кьеля, когда тот осознал, что его предали. Взгляд того, кто без колебаний умрёт, но не выдаст тайн врагу.

Тут было иное. Плохо скрытая презрительная насмешка, словно Старший планировал не просто убить себя, но и прихватить врагов. А в его глазах они, благодаря выдуманной легенде, даже не просто враги, а самые настоящие посланники апокалипсиса.

Раз люди начали разводить эльфов, как скот и рабов, то очень скоро нужда в Поднебесном исчезнет. Тела для пустотников будут закупать у тех же Пауков, что переквалифицируются из охотников в фермеров, а немногие сохранившиеся артефакты Древних будут использовать с помощью таких вот выкормышей, считающих верхом счастья услужить господам. Им осталось лишь научиться читать сохранившиеся книги и разграбить Поднебесный.

Перспектива, по сути, ближайших десятилетий. Уже практически «завтра» по меркам живущего не первую сотню лет эльфа. Может местные Старшие и были корыстными самолюбивыми автократами, поработившми часть своего народа ради процветания небольшой клики избранных, может они способствовали загниванию и регрессу, присвоив сохранившиеся знания высокоразвитых предков, но… Но даже они понимают, что нарушение статуса кво грозит не только падением их власти, но и полным исчезновением остатков эльфийского народа. Даже хуже, чем уничтожением — вырождением в домашний скот.

Ради попытки предотвратить такое будущее можно и умереть. Тем более, что выбор невелик: почётная смерть сейчас, или позорная немногим позже.

Но как? Он связан, петля из хладного железа на горле блокирует магическую силу.

Взгляд Лёхи зацепился за край золотой татуировки, выглядывающей из-за ворота. Показалось, или она медленно перемещается, меняя форму?

Сука, а ведь хладное железо не блокирует действие магических плетений на теле. Иначе вырубались бы печати пустотников, тату-переводчики и артефакт, сделавший Белочку его частью. И кто сказал, что нельзя внедрить к тело, скажем, магическое взрывное устройство? Как последняя граната, которую припасают для себя.

Она решала бы много проблем разом: носитель важной, секретной информации не выдаст её врагу, да и в случае попытки свержения власти город рисковал разом лишиться всех носителей секретов Древних.

Сука…

— Нет никаких господ, — вернувшись к действительности презрительно бросил Стриж. — Мы не служим ни Тиграм, ни кому-то ещё. Мы — пустотники и любим клановых магов не больше вашего.

От его слов Миа выглядела не менее поражённно, чем эльфийский Старший. Она уставилась с немым вопросом, который совершенно чётко читался и без слов: «КАКОГО ХРЕНА⁈»