Проша вечность. Если точнее, девять дней. Отец договорился с капитаном почтовика, ушлым, скупым, но умелым мореходом и таким же пьяницей, как и его старпом. Мы шумно попрощались с Валентинами, обнимались, хлопали по спинам. Собрали барахло, погрузили медь, отец настоял, чтобы мы вывезли всю до крошки, хотя тоже не знал, что с ней делать. Я написал прощальное письмо Гильому, помахал рукой теплому приветливому Аркошонскому заливу и стране Бюжей. На север. Путешествие было простым и не таким опасным, как прежнее. Крупное, изящное судно летело как птица, экипаж делал всё сам, к наличию пассажиров здесь привыкли. Мореходы помалкивали, но капитан явно забирал деньги за проезд в личный карман, взамен позволяя своим морякам возить контрабанду.

Почтовик не стал заходить в Конкарно, эту, как они выразились «вонючую грязную лужу», зато стал на якорь в Слепой бухте, за дополнительную плату моряки доставили нас лодками со всем грузом вверх по Одд до самого замка, заодно набрали себе пресной воды.

Там оказалось, что моё случайное видение насчет матери не было ошибочным. Мама была беременна. Что? Моя матушка ждет ребенка. Вот тебе и новость! Она радостно встречала невестку, обняла и чмокнула меня в щеку, а вот какие-то там норды, поселение, её никак не волновали.

Отец был в некотором шоке от этой новости. Я тоже. Как привыкнуть к мысли, что у меня будет брат или сестра, в придачу к племяннику? Устроили пир, но это скорее для остальных. Родители много разговаривали, иногда поглядывая на меня. Слуги суетились. Улыбки скользили на лицах. Все ощущали, что дела Соллей пошли на лад.

Посреди торжеств и приветственных объятий, похоронили Аластриона. Как и положено, отец сказал скупые, но важные слова, разговаривая скорее с ним, чем о нём. Все молчали. Брат занял своё законное место в Старой башне.

За всеми событиями угроза моего собственного брака отодвинулась подальше, хотя во время морского путешествия отец намекнул, что по традиции мне надо будет летом посетить замок невесты, привезти подарки ей и будущему тестю. Мерд, дерьмо. Страшно о таком даже думать!

Пока нас не было, аббат Михаэль был принят с теплом, как дорогой гость, ничем не нарушивший свою легенду. Они с капелланом боялись друг друга как огня, ловко избегали, поскольку оба не были настоящими священниками. Чтобы отвлечься от скользких религиозных тем, аббат, который по легенде был грамотеем и монахом-строителем, предложил матушке организовать ремонт в замке. Располагая деньгами, нанял в Конкарно бригаду рабочих, но не для укрепления стены, как бывало обычно. Хмурые вороватые работяги отремонтировали роскошные покои для невестки, перестелили камнем двор, утеплили стены, окна. Была закуплена новая мебель, кровати, кресла.