Некий крепкий мужичок смерил меня взглядом, приосанился, что-то про себя пробормотал, небрежно поклонился.
— Меня зовут Ририд из Гвиннедов. Мадауг ап Оуайн из Гвиннедов без промедления зовёт вас в гости, сэр Кайл. Прошу за мной.
Я поколебался несколько мгновений. В толпе мелькал Осмер. Ловил каждое движение, каждый звук. В последнее время он сильно вырос и повзрослел, реже бывал в «полях», а больше в районе порта, высматривал корабли. Арман, который теперь был моим трактирщиком, имел самый большой и шикарный трактир в Николь, который звался, как и предыдущий — Дебаркадер, на границе рыночной площади, с выходом в сам порт, со смотровой площадкой и огромным винным погребом, рассказывал, что Осмер мечтает стать мореходом, хоть и стесняется мне в этом признаться.
Глядя прямо в глаза парню, открыто попросил доложить аббату, Сотнику или Магнусу, или всем троим, что я ушел в море, поднимусь на борт когга Мадауга.
Глянул на город. В груди защемило сердце.
Крупная валлийская лодка, ведомая молчаливыми, суровыми мореходами ходко приближалась к крутобокому коггу. В пути никто ни с кем не разговаривал. Я даже не знал свой статус — пленник или гость? Как часто одно переплетается с другим.
Передняя и задняя часть корабля значительно выше, со средней спущена лестница-трап. Первым по нему поднялся Ририд, вторым — я.
Мадауг из Гвиннедов, принц крови, ничуть не постаревший лицом, но с глазами недоброго старика не подошёл к борту приветствовать меня, а неподвижно восседал на нелепом кресле в центре палубы. Вокруг некое подобие свиты, всё больше зверского вида воины. Терпеливо ждут.
Очевидно, его высочество припёрлось не за своим сравнительно скромным долгом, золотом и процентами. Прибыл флот, его подданные, целая армия, целый народ. Я закусил губу. Хотелось для начала разговора выбросить пару воинов за борт. Всё же дипломат из меня не очень. Драться? Даже меча нет, опять только поясной нож. Послушаем, что скажет.
Молчание. Мадауг долго рассматривал меня, внезапно неожиданно легко встал, шагнул вперед и приобнял. Я вяло похлопал его по плечам, не знал, как положено здороваться с особами королевской крови.
— Мой мальчик! Отойдем, поговорим с глаза на глаз, пока мои прихвостни не прожгли в тебе дыру взглядами.
Сомнения и нехорошие предчувствия только усилились, пока мы поднимались на хут, к самому заднему борту, откуда были видны плавающие в воде, в тени судна, крупные нахальные чайки.
— Кайл. Не буду ходить вокруг да около. Я прибыл основать новое королевство. Моё королевство. И у меня всё для этого есть — войско, люд с семьями, оружие, опытные рыцари, есть провизия, скраб, инструменты, даже инженерные орудия для осады замков. Не хватает только столицы. Так чудесен твой город. Не спрашивай меня про Валлию, не спрашивай. Это болото из людей и интриг. Нет пророка в отечестве своём. Новое царство. Новая столица. Хочу, чтобы Николь была моим городом. Ты! Ты будешь им править, станешь в моё подданство, я буду править тобой. Отсюда мы протянем руки на восток и юг. Мы не герцогство, а новое королевство Арморика. Как новый король предложу лучшую судьбу ленивым графам и обиженным баронам. Многие пойдут за мной, я много разговаривал с сеньорами в прошлый приезд. Некоторых придется усмирить. Король франков слаб и ничего не сможет мне противопоставить. Мы укрепим законы, построим дороги, изведем разбойников, уменьшим налоги. Земли расцветут, народы восставят меня. И тебя, мой Кайл. Что скажешь?