— Да? — задумчиво почесав в затылке, выдал завхоз. — А бабы там есть?
— Да море, только сегодня штук сто приняли, — почти не соврал я.
Бабы были все страшные, точно ядерная война, впрочем ему-то какая разница?
— Ну, тогда вступлю, — пьяно икнул он.
Довольная Ламор резво подсунула ему документы на подпись и протянула заветную красную книжицу. На одного коммуниста в Нур-Слутании стало больше…
Ближе к утру, по уши загруженные снарягой, мы выбрались из складов. Перед нами предстало весьма странное зрелище: на месте павших големов, колосилось целое лопуховое поле. Причем под некоторыми уже было насрано, а листья несчастного растения бессовестно изгажены.
— Клёпа! — возмутился я.
— Что? Это не я! — возразила она.
— Да я знаю, что не ты! Но явно прослеживается твоё дурное влияние! — хмыкнул я.
Клёпа пожала плечами и, радостно бренча связкой бердышей, запрыгала вперёд по лунной дорожке, ведущей к нашему трактиру.
Рано или поздно, так или иначе, но всё всплывает на поверхность…
Семенуил Стетхем
В трактире и его окрестностях было шумно и весело. На заднем дворе кто-то блевал в три горла, на переднем насиловали свинью(по обоюдному согласию, заверенному в нотариальной конторе), в сортире играли в шашки, в самой же таверне, как обычно, шла пьянка. Лютая и беспощадная. Дело в том, что уже на следующей день мы собирались ворваться в султанский дворец и перевернуть страницу истории.
Расположившись за небольшим приватным столиком, мы с Клёпой обедали светлым нефильтрованным и мясной нарезкой. Ламор шаталась по городу, изучая обстановку в обществе и закупаясь новым нижним бельем, Качан, сидя на очке, читал лекцию своим последователям, остальные воро-коммунистические кадры занимались обучением новых сопартийцев в подвале и на заднем дворе.
— Вот, свежий экземпляр, — сказал запыхавшийся гонец и вывалил на стол стопку газет «Нур-Султанский Вестник».
— Ого, теперь к нам вообще полгорода прибежит! — похвалил я обложку, на которой красовались Ламор и Клёпа, одетые в шмот, снятый с позавчерашних големш. Короткие юбочки, порванные чулки и топики с гербом в виде серпа и молота. (Рожу Нукильды по понятным причинам замазали) Изображая танец на шестах, девчонки держали промеж ног трофейные бердыши и зазывно улыбались.
— Одно не пойму: где вы фотографа-то нашли?
— Да это не фотограф, — пустилась в объяснения кошка. — Там мужик такой, на Маркса похожий, прыщавый и бородой по глаза заросший. У него класс художник, со специализацией на гиперреализм. Он берет кисточку, направляет на объект, который хочет зарисовать и юзает скилл «штамп». После начинает малякать по холсту и получается точь в точь, как наяву.