Я чувствовал, что чем ближе мы подходили к Храму, тем медленнее шла Витати. Солнце уже закатилось за горизонт, свет нам давал только светящийся шар руны Ман, отчего дорога, казалось, вела нас вовсе в никуда. Но нет, вот он, Храм, древний, как сами камни, стоит здесь, забытый и потерянный, строго оберегаемый кучкой кочевников, что присвоили себе его величие.

Казалось, в любой момент из-за камня или скалы выскочит Эдриас или Геора, но я не чувствовал присутствия колдунов, хотя всю дорогу от места боя с преследующими нас кочевниками использовал истинное зрение. Но нет, здесь мы были совершенно одни, среди мертвых и величественных гор.

Мы подошли ко входу и Витати остановилась, как вкопанная. Я повернулся к винефику и взял ее за руку, стараясь поддержать.

— Пойдем, — кивнул я головой.

Девушка же лишь мотнула головой, крепко зажмурилась, будто бы прогоняя видения прошлого, после чего намертво вцепилась пальцами в мою ладонь и сделала шаг. Так мы и вошли внутрь — держась за руки, как пылкие влюбленные на прогулке, не глядя друг на друга, с трепетом в груди, не дыша, не смея проронить и слова.

Вот только причиной этого трепета были не пылкие чувства, а страх неизвестного у меня, и тени прошлого — у Витати.

Я мог понять винефика, отчасти, но мог. Сложно возвращаться на места своего падения, туда, где с тобой случилось что-то плохое.

— Там, — указала рукой девушка куда-то вглубь огромного овального зала.

То тут, то там на полу виднелись следы деятельности келандцев. Старые кострища, камни и какие-то сундуки, следы прошлых жертвоприношений Пустоте, которые они называли свадьбами; все это выглядело, как осквернение величайшего творения кучкой дикарей. Наверное, мы такими и были — все мы, ныне живущие, просто кучка дикарей на фоне великих магов прошлого, что создали камни.

Впрочем, я уже давно сомневался в том, что камни были сотворены именно пресийскими магами древности. То, как уверенно Геора называла их призмами Хранителей, намекало на то, что камни рун были не от этого мира и имели непонятное нам предназначение. Зачем их тут оставили? Для чего? С какой целью? Защитить нас или ограничить? Возвеличить или не дать развиваться? Книги говорили, что с момента создания легендарных камней магия мира была обуздана и началась эра Рун. Может, причиной их появления и стали те самые камни? И почему рун именно столько, сколько есть, а не больше?

Чем дольше я размышлял на эту тему, тем хуже мне становилось. Приходило осознание, что мы — лишь песок под ногами таких, как Эдриас. У нас даже не было еще толком государств — только разрозненные племена — а эти самые Хранители уже путешествовали меж мирами, создавая или принося с собой столь мощные артефакты. Кто же они? Кем они были?