— К вам, — кивнул я и протянул Утюганову руку. — Здравствуйте. Я Вадим, а это мой друг Андрей. С вами подруга моей мамы работала, Надежда Ивановна…

— Узнал, — неожиданно улыбнулся мужик. — Каменев Вадик, верно?

— Он самый, — подтвердил я. — Если вакансия сторожа еще открыта, я бы хотел на нее рассчитывать.

— Ладно тебе, Вадик, — рассмеялся Утюганов. — Поменьше официоза. Мы тут люди простые… Короче, место сторожа и уборщика твое. А вот для друга, извини, ничего нет.

— Не страшно, — я покачал головой. — Возможно, попозже что-то появится.

Михаил Вагитович смерил Дюса внимательным взглядом, потом тут же потерял к нему всякий интерес. Кивнул мне и махнул рукой в сторону входа в цех.

— Заходи.

Я шагнул следом за ним в пропахшее железом и маслом помещение. Вдоль стен уходящей вдаль галереи стояли станки, самые разные, я не все даже смог определить, да и неважно. Парочка выгодно выделялась среди остальных — новизной и общим порядком вокруг. За одним что-то вытачивал напарник Мишки Утюга, второй простаивал. Это как раз хозяйский, понял я. Остальные полтора десятка пустовали — по выходным АРП не работал. Ну, как не работал…

Мимо нас, словно не замечая, прошел давешний курильщик и направился к самому дальнему станку. А ведь он мог предупредить о собаке… Видимо, решил-таки нам шпильку устроить. Из вредности, что ли, или просто от скуки?

— Это АРПовские халтурят время от времени, — объяснил Михаил Вагитович, увидев мое замешательство и поняв его по-своему. — Сам знаешь, Вадик, время сейчас такое… Кто не работает, тот не ест. Это Толик Щербак, хочу его потом к себе переманить, когда третий станок выкуплю. Толковый мужик, понимает, что волка ноги кормят. Остальные за редкими исключениями от получки до получки, на работе только числятся и ноют постоянно. А этот иногда по ночам даже пашет, чтобы семью прокормить.

— Территория АРПа меня никак не касается? — уточнил я, вежливо кивнув на словах о трудолюбивом мужике. — И все, что на ней происходит?

— Верно, — подтвердил Утюганов. — Охраняешь мои станки и убираешь стружку. За это плачу сверху. Будет грязно — не обессудь, вычту. Остальное — не твоя забота. В цеху у завода свой сторож плюс вахтер на проходной, это их головная боль.

— Понятно, — я подвел черту. — Когда можно приступать?

— Сегодня, — улыбнулся довольный моей деловитостью мастер. — С семи до семи. Дальше ночь через две. Первый расчет пятого сентября, но могу и пораньше, если нужно будет…

— Спасибо, мне вполне нормально получить пятого, — я вновь протянул руку Михаилу Вагитовичу, и он крепко ее пожал.