— Хорошо бы песни еще или кино, — вставил Саня. — Типа как мафон и видак, но чтоб с кассетами не заморачиваться.

— Очень сложно, — покачал головой Илюха. — Музыка места много занимает. А кино так вообще космос.

— А помните, у Булычева и Стругацких в книгах есть видеофоны? — улыбнулся я. — Звонишь человеку и не только слышишь его, но и видишь…

— Вот бы такие у нас появились, — вздохнул Дюс. — Теоретически-то собрать несложно.

— Появятся, — уверенно сказал я. — В двадцать первом веке почти у каждого такой будет. Еще и компактный.

— Ну, это вряд ли, — с сомнением покачал головой Илюха. — Он же громоздкий будет, все-таки камера… Да и передатчик с приемником. Аккумулятор опять же, если видеофон делать переносной, портативный.

— Если подумать, можно уменьшить… — увлекся Дюс. — Эх, мне бы поковыряться, пару идей погонять! Жаль, у нас в технаре база слабая.

В этот момент водитель пробубнил в микрофон название нашей остановки, и мы поспешили на выход. Гопники сошли следом, отчего я тут же напрягся, но они, даже не поглядев на нас, двинулись в другую сторону. Кажется, все-таки пронесло.

— Нам туда, — уверенно показал Илюха и поспешил, подволакивая ногу.

Видно было, что ему тяжело, еще и лишний вес. Я предложил не торопиться — нужное нам здание было как раз рядом с остановкой. Эх, а рядом усадьба Салтыкова и Знаменская башня!.. А вон там театр драмы имени Волкова. И почему я их вспомнил?

В будущем здесь появится типичный торгово-офисный центр с ресторанами, банками и турагентствами. Сейчас это все только в зародыше, и я поначалу решил, что Илюха запутался, ведя нас почему-то в парикмахерскую. Но он был уверен и непоколебим, и теперь ясно, почему: в холле недорогой имидж-студии как раз и располагался магазинчик с приставками, картриджами и кассетами для персональных компьютеров.

Найти эту торговую точку было одновременно легко и трудно — у витрин и прилавка крутились разновозрастные ребятишки, причем не только парни, но и девчонки. Они ничего не покупали, просто глазели на яркие желтые и оранжевые коробочки с рисунками, подписанные на английском или — что чаще — китайскими иероглифами. Но самый ажиотаж вызывало, конечно же, действо на экране небольшого телевизора. Один из продавцов управлял фигуркой японского самурая, который выкашивал ряды вражеских ниндзя. Я узнал эту игру — The Legend of Cage, там у главного героя похищали то ли жену, то ли сестру, и нужно было дойти до главгада, чтобы ее освободить.

— Вот так, в общем, — продавец, лохматый парень в очках, повернулся к высокому мужчине в рубашке, рядом с которым стоял мальчик лет десяти. — Берете?