— Вадим, ты когда на дежурство идешь? — спросила Ника, повернувшись ко мне и заведя за ухо прядь волос.

— Послезавтра, — ответил я, понимая, к чему она ведет. — В субботу.

— Может, пропустишь? — взволнованно предложила девушка. — Поменяешься с кем-нибудь. Там опасно сейчас…

— Не могу, — я покачал головой. — Это работа, и я пока оттуда не увольнялся. Я же не трус, чтобы от нее бегать.

Валерка с Саней одобрительно загудели. Дюс деликатно молчал, понимая, что влезать в наш с Никой разговор не стоит.

— А еще, — я улыбнулся и притянул девушку к себе, — сейчас там уже вряд ли опасно.

— Про маньяка ты тоже говорил, что он быстро не нападет…

Было немного по-другому, но Ника ведь сейчас совсем не об этом.

— Обещаю, что буду осторожен, — заявил я, глядя в глаза девушки.

Она кивнула, хотя было понятно, что все равно переживает.

— Идемте, — сказал я всем.

До АРПа опять пришлось ехать на автобусе, и вот тут меня незаметно выручил Дюс, когда я выяснил, что денег на билеты мне не хватает. Валерка на голяках, за Нику я должен платить как ее кавалер. А еще на себя же билеты нужны.

Пассажиры гудели, обсуждая уже известные нам события. И снова все обрастало чудовищными подробностями — напавшие на АРП, по мнению некоторых, были вооружены чуть ли не пулеметами и гранатометами «Муха». И вообще, там будто бы все сгорело, потому что дым уходил высоко и расползался по всем окрестным улицам.

Когда мы сошли на нужной остановке, то первым, что увидели, оказалась толпа. Зеваки, разумеется, существуют во все времена, однако в девяностых, по моим ощущением, это сомнительное развлечение находилось на пике. Женщины и мужчины разных возрастов наблюдали за работой пожарных, которые ловко скручивали рукава — видать, возгорание не было таким уж серьезным, если его уже ликвидировали. Но вот воздух оставался переполненным гарью и прогорклым дымом, в котором отчетливо ощущался аромат нефтепродуктов.

— Давайте поближе, — Саня уверенно принялся работать локтями, раздвигая толпу.

Вокруг бегали ребятишки, причем некоторые совсем мелкие — первый или второй класс. И никто их не прогонял, даже милиционеры. Многие целыми гроздьями висели на окрестных деревьях, наперебой комментируя увиденное на территории.

— Стой! — я поймал одного мальчишку, спрыгнувшего с березы и помчавшегося с ошалелыми глазами к своим друзьям. — Что там? Что видел?

— Там машина сгоревшая! — высоким голосом с надрывом сообщил тот. — И дядьку какого-то на носилках вытаскивают, у него лицо все красное!

— Понятно, — сказал я, отпустив пацана. — Похоже, тут пострадавших много, еще не все до больницы доехали.