— Он тоже с тобой едет?

— Конечно. Чтобы белкогад да войну пропустил⁈ Уверен, что уже в вагоне нычку себе организовал.

— Это хорошо. С этаким зверем нигде не пропадёшь. Ну бывай, братишка! Удачи желать не буду. Таким, как ты, она не нужна.

— До скорого, Игнатьич, — крепко обнял я друга. — Ты тоже смотри в оба глаза и своими усами зря не рискуй.

Посадка третьего курса прошла буднично и организованно. Правда, комфортом, с каким мы когда-то добирались до Баклы, и не пахло. Полностью воинский эшелон без купе и ресторанов представлял собой вагоны, напоминающие казармы: лишь только двухъярусные койки и небольшие откидные столики наполняли их. Окна маленькие, половина из которых не открывается. Ближайшие семь дней пути явно будут не самыми любимыми в моей жизни.

— Я в этой скотовозке сдохну раньше, чем мы на место прибудем, — горестно произнёс Роман Хаванский, укладывая свои пожитки на койку рядом с моей.

— Это ты, князь, ещё в нашем общежитии не ночевал, — хмыкнул Серёга Книгин. — Хотя, согласен. Тут условия похуже. Зато всего недельку носки друг друга нюхать будем, а не месяцами жить. Интересно, у девчонок в вагоне также погано?

— Также, — услышав наш разговор, пояснил профессор Зудин. — И прекращайте ныть, студиозы! Нам ещё повезло! Сейчас все поезда и эшелоны под военные нужды задействованы. Кто после нас из столицы отправляться будет, вообще в теплушках поедет.

Первый же день пути показал, что ни о какой неделе говорить не приходится. Хорошо, если за две доедем! Эшелон еле полз, подолгу останавливаясь на перегонах и сортировочных станциях. Своим ходом и то большее расстояние покрыли бы! Мы же, за пару часов полностью обжившись в вагонах, маялись от безделья, играя в карты или просто отсыпаясь «впрок».

Но самым неожиданным образом наше путешествие прервалось во втором часу ночи. Поезд ни с того ни с сего резко затормозил. Да так, что некоторые пассажиры попадали с полок. Тут же началась суматоха и выяснение причин такой неласковой остановки.

— Жду между вагонами, — тихо произнёс полупрозрачный белкогад и скрылся из виду.

Я быстро исполнил его пожелание.

— Там в километре от нас дорогу взорвали, — отрапортовал Чпок. — Чую, дело рук Беды.

— Зачем ему это? — удивился я. — Ведь договаривались же…

— Подожди, хозяин… Кажись, к нашему вагону знакомый мужик прискакал. Обрить мне хвост, если это не есаул Кудрявый.

— Час от часу не легче! — в сердцах сплюнул я, понимая, что началась очередная задница. — Но гостя нужно встретить.

Открыв ведущую на улицу дверь тамбура, спрыгнул на железнодорожную насыпь. Так и есть! Игнатьич собственной персоной!