Есть письменное поручительство от внезапно заболевшей и надолго выбывшей из нашего коллектива профессора кафедры Лингвистики Гладышевой. Есть подтверждение от преподавателя Боевой кафедры, который искренне считает, что вы освоили его науку на уровне, а то и выше выпускного курса.

— Отрадно слышать, — с улыбкой ответил я, — что такие уважаемые люди настолько высоко оценивают мои способности. Но от себя хотел бы добавить, что по знаниям Исторической кафедры у меня есть небольшие пробелы. Без отрыва от преподавания обещаю устранить их в течение нескольких недель.

— Приятно, что вы сами указали на этот недостаток. Три недели вам хватит?

— Вполне. Могу заниматься экстерном.

— Значит, в конце месяца готовьтесь к аттестации по истории. Знания третьего курса буду проверять лично.

— Извините, — пояснил я, — но вы меня не совсем правильно поняли. Я говорю о пробелах не только за третий, но и за четвёртый курс.

— Не слишком ли самонадеянно, Родион Иванович? Я люблю, когда люди отвечают за свои слова.

— Я тоже, Вольдемар Владимирович. Поэтому старюсь попусту не разбрасываться ими.

— Значит, на том и порешим. Ровно через три недели вы в этом кабинете докажете мне, что я был неправ, считая авантюрой ваше несуразное назначение. Иначе не посмотрю на ваших высокопоставленных покровителей из Министерства образования и вышвырну с позором с преподавательской должности.

— Справедливо. Приму любое наказание как должное.

— Тогда, Булатов, пока больше говорить не о чем. И… А почему вы не на занятиях? Ваша кафедра уже обосновалась в аудитории и ждёт своего преподавателя. Негоже начинать свою деятельность с опозданий!

— Прямо сейчас?

— А вы думали, — ехидно спросил ректор, — что я вам создам тепличные условия?

— Спасибо за доверие, Вольдемар Владимирович! — выкрикнул я, вылетая из ректорского кабинета.

В класс вошёл с чувством сильнейшего волнения. В моих двух жизнях было многое, но вот такое случилось впервые. Смогу ли? Потяну ли всю ту ответственность, что сам взгромоздил на свои плечи?

Встав около доски, окинул взглядом притихших сокурсников. Вернее, теперь уже моих студентов. Несколько десятков пар глаз с недоверием и лёгким удивлением уставились на того, кто совсем недавно сидел рядом с ними за одной партой. Внезапно, как всегда это случается со мной во время боя, нерешительность и волнение улетучились.

— Добрый день, кафедра Лингвистики! Я ваш новый преподаватель Родион Иванович Булатов! Впрочем, представляться смысла нет, — уверенно проговорил я. — Начинаем наше занятие! Открыть учебники. Начнём с повторения пройденного!