— Не было такого.
— Подумайте Тимур. Это важно.
Стал копаться в голове, но ничего на ум не приходило. Я ведь не считал, что наш с Кирой брак рутина. Было тихо и спокойно, но не рутинно.
— У нас все шло так с самого начала. Кира такой человек. Спокойная, тихая, семейная.
— Сильно контрастировала ваша жизнь на фоне той, что была с Соней?
— Естественно. Соня была другой совершенно. И я их не сравнивал. Никогда. Только один раз, я помню. Кира хотела еще одного ребенка. С сыном у нас долго не получалось забеременеть. Она нервничала. Потом, когда удалось, она лежала в больнице, потому что могли потерять ребенка. А я все боялся, что вернусь к ней, а мне скажут, что потеряли в итоге ее. Но прошло хорошо и мы, обсудив все решили, что на этом хватит. А она несколько лет назад вдруг подняла эту тему вновь. Я испугался и сказал ей, что она, как и Соня, хочет оставить меня одного.
До сих пор помню тот день. И свой страх.
— Что изменилось с того момента между вами?
Ладони вспотели, но на языке почему-то вертелись одни слова, которые, я был уверен были неверными.
— Тимур, что случилось потом?
— Ничего.
— Вы должны ответить правду.
— Я перестал желать ее как раньше, потому что боялся, что Кира забеременеет. Нарочно, например. Не выпьет таблетку. Стал зациклен на этом.
— Кира могла так поступить?
— Нет. Но я боялся. И это не причина того, что я ей изменил. Скорее всего, я тогда перестал уделять ей внимание должное, и потому перестал ценить, несправедливо.
— Что вы испытываете сейчас по отношению к жене?
— Боль.
— Почему?
— Потому что знаю, что такое не простить.
— Тогда зачем пытаетесь?
— Потому что мы семья. Потому что я осознал все.
— Конкретней.
— Что все это было большой ошибкой. Моя отстраненность, мои слова, мои поступки. Я не могу без нее. Мне так хреново никогда в жизни не было. Потому что сейчас я вижу все иначе. Нашу с ней жизнь. Я любил, но недостаточно сильно. Я все делал недостаточно сильно. Потому что знал и принимал, что она будет рядом всегда. Эгоистично себя в этом плане чувствовал. Я же, проклятье… — усмехаюсь отнюдь не весело, — «Самый лучший мужчина на свете», который предал в итоге, — горло сдавило, что хотелось ударить в него кулаком, чтобы протолкнуть дурацкий камень в нем.
— Так почему, вы хотите вернуть свою жену?
— Потому что понял, как сильно люблю и каков я без нее.
— А если перед вами вновь появится Мира?
— Плевать я хотел на нее. Внутри ничего не отзовется. Этот урок я усвоил. Только имеет ли это значение сейчас. Я видел, как она целуется, улыбается с другим, а про меня даже не вспоминает, видимо.