— Ого, поздравляю. И кто же эта негодница так надолго укравшая у прекрасной половины человечества тебя?
— Я бы сказал навсегда. На меньшее не согласен. Прекрасная женщина — Кира. И ты не поверишь, нам даже фамилию менять не пришлось.
— Да ну? Вот совпадение. Я очень за тебя рада, Тим. Правда.
— А у тебя дети есть? Или может…
— Брось, какие дети? Это не мое. А ты все такой же кудрявый я смотрю.
— Какой есть. Ты тоже прекрасно выглядишь.
— Только не называй эту цифру. Пусть мне будет, как и тогда двадцать три.
— Боюсь тебя расстроить, но это не будет длиться вечно.
— И все же, ты меня расстроил.
— Приступим к делам?
— Конечно, — она улыбается и, выпрямив спину, меняет маску лица на профессиональную.
Обговариваем спектр услуг. Многие нюансы. Дополнительные гарантии и прочее связанное с обеими сторонами.
— В общем, мы лучшие среди лучших. А там уже твоему руководству решать.
— Они выбирают между вами и конкурентами. Ну может, ради приличия рассмотрят пару других вариантов. Пока, соберу всю информацию видно будет. Хотя знаешь, объективно я бы не заезжала на другие встречи. Мое видение я им уже высказала заранее. Но кто принимает решение так с ходу? Уж точно не те, кто держит в руках миллиарды. Спасибо за встречу. Давай я запишу твой номер, а ты мой. Полагаю, не раз мне придется к тебе обращаться за уточнениями. Или визитку свою дам.
— Да, конечно.
Диктуем цифры друг другу, и я, как в школьные времена записываю ее «Мир».
— У меня, оказывается, был твой старый телефон, представляешь. Туда и добавила. Рон.
Смеюсь со школьного прозвища.
— Пойдем, провожу.
Спускаемся вниз и не умолкая вспоминаем детство, учебу, Соню. Все проносится калейдоскопом перед глазами от ярко-желтого до черного и обратно.
Это становится первым вечером, когда я опаздываю домой к ужину. Потому что еду на кладбище по темному, скользкому городу, побыть немного с ней.
Тимур
Мы оказались замершие в пространстве. Два человека любящие еще недавно так сумасшедше. С первой секунды…
А сейчас моя хрупкая и нежная Кира была сломана мной. Я предал ее. Предал нас.
Я готов содрать колени в кровь, но это не та цена, которая соизмерима с тем, что она испытывает сейчас. Есть ли вообще шанс на то, что женщина может простить то, что я совершил?
Что я должен сейчас делать? Что я должен сказать? Все было не совсем так? Я не смог сделать того, что собирался? Сделал наполовину? Какой же бред.
Как объяснить то, от чего сам прихожу в ужас? Как сказать ей, что она все, что я хочу. Будет ли это звучать так же, как звучит внутри меня? Где грань доверия, которую я сам того не ведая, стер в прошлую пятницу? Возможно ли ее восстановить?