Нас перебивает звонок, и на дисплее высвечивается свекровь. Чёрт. Я совершенно забыла её поздравить и сказать о Кораблёве.
Иду в комнату, закрывая за собой дверь. Юлить не стану, пусть знает, что происходит в нашей не семье. Не потому, что меня следует жалеть, а чтобы понимать весь расклад.
— Здравствуйте, — отвечаю спокойно, — с Новым годом.
Выслушиваю поздравление. Она — хороший человек, потому что особо не лезет к нам. Нет этих бесконечных нравоучений, пожеланий. Только визиты вежливости, как и звонки, за что я благодарна, и намерена стать такой же по отношению к своей дочке.
— Да, знаю, что не дозвонитесь до Эдика, — подтверждаю её слова и быстро ввожу в курс дела, уверяя, что всё самое страшное позади.
Приходится сочинять на ходу, почему не позвонила раньше. Не могу же просто сказать: забыла, делая её при этот ненужным персонажем. Потому говорю, что не хотели волновать до поры до времени. Называю все данные, чтобы она завтра же поехала навестить сына, и кладу трубку.
Одной проблемой меньше. Но только сейчас понимаю: так и не сказала, что мы с Эдом расходимся.
Встаю наутро с каким-то подъёмом. Я должна сама себя толкать по пути к хорошему настрою, иначе будет как в той истории с Сизифом. И его камень — мой моральный дух.
Снова звонят из полиции. Нужно что-то прочитать, где-то расписаться, и приходится ехать. Заявление писала от своего лица, они всё равно не отвяжутся, потому пора закрывать все двери, в которых маячит дух Кораблёва.
Вхожу в приёмную, украшенную плевками мишуры. Этакий мужской подход к делу. Будто празднично, но глаз особо не радует. Дежурный кивает в сторону, называя кабинет, и шаги раздаются гулко внутри казённых стен. Основная часть сотрудников доедает салаты, тут же остались, наверное, неженатые, разведенные и провинившиеся.
Стучу и сразу толкаю дверь, спрашиваю позволения войти. Человек явно никого не ждал, потому что развлекает себя бросанием дротиков в стену. Перевожу взгляд, там не цифры, а чьё-то лицо.
— По какому вопросу? — тут же изменяется в лице, становясь более суровым.
— Кораблёва я, машину нашу нашли.
— Аааа, это, проходи, — машет мне, принимаясь искать что-то в папках.
— Муж как? — достаёт листы, пробегаясь глазами.
— В больнице.
— Жить будет?
— Не со мной.
Мужчина переводит на меня взгляд, а потом принимается смеяться. Не знаю, зачем это сказала. Дурацкая шутка.
— Смешная шутка, — тут же дополняет, а я растягиваю улыбку. — В общем, нашли мы ваших друзей, — облокачивается на стол, внимательно рассматривая меня.
— Как они? — интересуюсь.
— Хочешь навестить? — усмехается. Кажется, для него Новый год удался, хотя он сидит тут, а не отдыхает, как все нормальные люди. Но видно, что явно умеет поднять себе настроение.